Когда Лазарев увидел содержимое контейнера, его глаза расширились и он резко втянул носом воздух.

— Боже, я думал, что никогда не увижу чего-то подобного.

То, что лежало на столе больше всего напоминало ужасную пародию на некий конструктор, из которого при желании можно было бы собрать человеческое тело. Левая рука, была оторвана около плечевого сустава. Правая нога, которую очередь из крупнокалиберной импульсной винтовки отделила от тела, разорвав бедро. На правой руке не хватало кисти и части предплечья, которые лежали рядом с телом. Весь торс был покрыт отверстиями от попаданий в него высокоскоростных дротиков из импульсного оружия. Некоторые были лишь поверхностными. Другие же прошли тело на сквозь. Даже со своего места Эйхарт видел разницу. Там, где его люди наконец смогли добиться результата, им пришлось использовать куда более тяжёлое оружие, нежели лёгкие импульсные карабины.

— Что скажете? — Спросил Ричард, отведя взгляд от приступивших к своей работе сотрудников лаборатории, и посмотрел на стоявшего рядом учёного, который буквально пожирал глазами происходящее внизу.

— Это невероятно. Я никогда не думал, что увижу одного из «них» своими глазами. Я бы даже сказал, что это одна из самых потрясающих вещей, которые я видел в своей жизни…

— Эта дрянь, — чуть ли не прорычал Эйхарт, — убила одиннадцать моих людей и тяжело ранила ещё восьмерых. Двое из них могут не выжить. Так что я буду вам крайне признателен, если вы не будете так радостно восхвалять… «это».

На его лице проступила самая настоящая ярость и злость, которая буквально стёрла улыбку с лица Лазарева. Он смущённо кивнул, и не выдержав взгляда, вновь повернулся к стеклу.

— Простите. Я этого не знал.

Глубоко вздохнув, Эйхарт заставил себя успокоиться. Он понимал, что учёный ни коим образом не был причиной его злости. Лазарев был прекрасным представителем своей породы. Гениальным учёным-кибернетиком. Одним из тех, кого называли настоящим светилом науки в своей узкоспециализированной области. Такие люди как он, зачастую проводили всю жизнь внутри собственноручно построенной ими же «башни из слоновой кости». Они наблюдают мир через призму своих интересов, сконцентрированных вокруг работы всей их жизни. Люди подобные Лазареву редко пытались смотреть на мир шире, чем это было им необходимо, упуская всё, что не входило в список их интересов, считая это лишь недостойными своего внимания помехами.

Тем не менее, после слов Эйхарта, Лазарев хотя бы сделал вид, что умерил свой энтузиазм и Ричард был ему за это благодарен.

На их глазах сотрудники лаборатории приступили к вскрытию лежавшего в контейнере тела. По команде одного из них с потолка над контейнером появились манипуляторы автоматического хирурга. Тонкие, удивительно подвижные «руки» распустились словно побеги дьявольского цветка и сразу же приступили к своей жуткой работе. Они были оснащены всем необходимым для предстоящей операции.

— Итак, что вы можете сказать доктор?

— Пока только мои домыслы. Вы должны понять, что пока я не проведу полноценного исследования, то не смогу дать вам какую-либо конкретную информацию.

— И всё же?

Лазарев коснулся «умного» стекла.