— Томас, когда Нероуз связался со мной и рассказал о тебе, я сразу же согласился на встречу. Заметь, не потому что ты сын адмирала, а потому что Даниэль поручился за тебя. Неужели ты думаешь, что я бы взял человека, прости пожалуйста, с улицы, на должность тактика одного из своих крейсеров? Нет, но я привык доверять своим людям в их суждениях. В нашей работе люди, это единственное на что ты можешь положится, и я уже очень давно научился прислушиваться к тем, кому доверяю. И тебе я советую поступать так же.

— Мы тогда потеряли «Фальшион», — холодно заметил Райн.

— И убрали с игровой доски крайне опасную ситуацию, — в ответ бросил ему Лестер. — Том, то что ты сделал год назад, потребовало от тебя принять несколько крайне сложных и опасных решений. И из-за твоих действий, погибли подчинённые тебе люди.

Слова Мэннинга резанули Тома словно тупой нож, вызывая в памяти лица погибших людей. Тот период в жизни Райна не был простым. Он смог справится с кошмарами, которые преследовали его. С мертвецами, которые приходили к нему во снах. В какой-то момент его это чуть не сломало, но он справился. Не смотря на то, что до того, как попасть в организацию к Мэнингу он почти двадцать лет провёл на флоте, в его жизни практически полностью отсутствовал реальный боевой опыт. Можно быть сколько угодно уверенным в себе, но сталкиваясь со смертью во всём её ужасающем великолепии, многие теряют твёрдую опору под ногами.

Что удивительно, не это подкосило Тома. Однажды его отец описал службу на флоте следующим образом: девяносто процентов времени это всепоглощающая скука, а оставшиеся десять кромешные ад и ужас. И сын был полностью с ним согласен. Тишина и спокойствие давили на Тома гораздо сильнее, чем угроза его жизни и жизням окружающих его людей. В моменты опасности он словно превращался в хорошо отточенный кинжал, который направляет уверенная рука. Но рано или поздно оружие убирали в ножны и с царившей на поверхности тишиной и спокойствием приходили бесконечные вопросы и самокопания, в попытке понять: мог ли он что-то изменить? Поступить как-то иначе и не позволить событиям произойти так, как они произошли. Эти бесконечные дилеммы пожирали его изнутри, заставляя сомневаться в самом себе.

Но Том смог справиться с этим. Не в последнюю очередь благодаря поддержке Лизы.

— Именно ты заметил то, что многие пропустили. Ты обратил внимание на события, которые разворачивались у всех под ногами. Твоё решение спасло «Фальшион», когда «Винтан» открыл по нему огонь. Именно твоё требование послать на планету Серебрякова и его людей, спасло губернатору жизнь. Способность анализировать и принимать решения. Хладнокровие. Готовность идти до конца, — Лестер вдруг усмехнулся и покачал головой. — Знаешь, ты чертовски напоминаешь мне своего отца, когда он учился у меня в академии на Тендрисе.

Это простое упоминание заставило Тома улыбнутся. Он уже давно узнал, что Мэннинг служил в Верденском ВКФ. В своё время, он как и Том был выведен со службы на половинное жалование. Это была частая практика в рядах флота, особенно в последние полтора столетия. Благодаря процедурам, которые замедляли старение и продлевали срок человеческих жизней, на флоте образовалось огромное количество людей, которые могли занимать свои посты удивительно продолжительное время. Поэтому существовала практика постоянной ротации кадров, которая не давала бы персоналу флота закостенеть. Особенно это было ярко выражено пятьдесят лет назад, когда отношения между Верденом и Рейнским Протекторатом ещё не были столь…резкими и натянутыми. Молодые офицеры сменяли на постах своих более старших коллег, получая опыт, в то время как люди, которых они сменили находили новые места службы. Или просто выводились за штат флота. Это формировало обширный пул профессионально подготовленных людей, которых после непродолжительного периода переподготовки можно было быстро вернуть на службу в случае необходимости.