Как и ожидал Филип, их оппонент отреагировал с похвальной стремительностью.

— Сэр! «Бандит 1» меняет курс. Они отклоняются в сторону.

— Вести постоянную коррекцию курса. Продолжайте держать их прямо по носу.

— Да сэр!

«Они поняли, что попали в ловушку...» Мысль мгновенно промелькнула в голове Филипа, который следил за ситуацией на тактической карте. Два соединения постоянно сближались друг с другом. Противник несколько раз попытался сменить свой курс, но из-за превосходства Второго флота в ускорении, он с лёгкостью отвечал на эти выпады, продолжая не только удерживать их перед собой, но тем самым постоянно «выдавливая» в сторону от планеты. Очевидно осознав, что с последующим удалением от планеты он может лишиться эффективности поддержки систем орбитальной обороны, командующий на той стороне принял решение встретить корабли Штудгарда прямо в лоб.

Похвальная отвага, учитывая неравенство сил.

Оба соединения приближались к ярко пульсирующей голографической отметке на тактической карте, которая отображала выход кораблей на максимальную дистанцию ведения ракетного огня с учётом известных сведений о кораблях противника. Когда до её пересечения осталось чуть больше трёх сотен секунд Штудгард развернулся к своему начальнику штаба.

— Капитан, передайте всем эскортным кораблям кроме эскадр контр-адмирала Бореевой. Действуем по плану «Браво — 3».

Приказ пронёсся по системам корабельной связи и построение второго флота начало разворачиваться словно цветок. Дредноуты и сопровождающие их линкоры чуть сбросили ускорение, пропустив вперёд более лёгкие эскортные суда. Линейные, тяжёлые и лёгкие крейсера вышли вперёд, заняв позицию в двухстах тысячах километров перед идущими следом за ними дредноутами. Они разошлись широким фронтом, превратившись в своеобразную стену перед своими более тяжёлыми товарищами. Учитывая скорости взаимного сближения, ракетная перестрелка будет особенно ожесточённой и действия предпринятые Штудгардом должны были обеспечить дополнительную защиту дредноутам от ракетного огня. Как бы печально это не было, но при необходимости, более лёгкими кораблями можно было пожертвовать для того, чтобы обеспечить дополнительную защиту «Джону Т. Батлеру» и его собратьям.

Как только отметки идущих впереди эскортных кораблей прошли намеченную точку, корабли «Бандита 1» взорвались подобно вулкану.

— Ракеты! Ракеты! Ракеты! Фиксируем множественные запуски, — голос одного из группы штабных тактиков наполнил собой флагманский мостик дредноута. — Видим девятьсот... поправка, тысячу двести девяносто шесть ракет. Противник осветил дредноуты радарами и лидарами, адмирал. Сэр, мы их основная цель.

При последних словах девушки в чёрной с кроваво-красными полосами форме, в её голосе прозвучал лёгкий азарт смешанный с напряжённостью. Как и все присутствующие, она была одета в обычную форму, а не в полагающейся в такой ситуации контактный скафандр.

— Подлётное время — девять минут и семнадцать секунд.

На тактической карте перед Штудгардом, огромный вал ракет понёсся прямо на встречу Второму флоту, словно вздымающаяся волна.

— Капитан, — обратился Филип к Давичу на мгновенье отвернувшись от голограммы тактической карты. — Передайте в БИЦ приказ открыть огонь.

Корабли Второго флота не остались в долгу и не заставили себя долго ждать. Подчиняясь приказу адмирала, они дали единый залп.

«Джон Т. Батлер» был совершенно новым дредноутом класса «Претор». Эта модель обладала лучшей защитой в сравнении со своим предшественником и большей огневой мощью.