– Тебя это тяготит? – не унималась Мечта.

    – Ну как сказать... – Я замялся. – Не особо. Приступов умопомрачения нет, себя я всегда контролирую, да и на луну выть неохота. Зато плюсов от моего оборотничества – масса.

    Смешно. Я ведь сам серьезно не задумывался о том, к чему может привести заложенная в меня Сила. А вот Мечта волнуется за меня, беспокоится. Приятно.

    – Знаешь, – задумчиво рассказывала она, шагая рядом и прижимаясь ко мне теплым боком. – У нас, в Мертвом Лесу, были существа вроде этих оборотней. Только превращались они не в волков, а в динозавров и, превратившись, становились ящерами... хм... полностью. Они забывали о том, что были людьми, и могли убить даже собственную семью. Это ужасно.

    – Ужасно, – подтвердил я. – Но мне это не грозит. Однажды я уже превращался в этакого накачанного монстрика, но себя контролировал полностью. Даже никого не убил, а мог бы.

    – Знаю. – Мечта кивнула и прижалась еще теснее. – Ричард рассказывал... Брр, что-то холодно становится.

    Я удивленно посмотрел на нее и только потом понял, что меня самого колотит озноб. Что за ерунда?!

    Внезапно факел в моих руках затрепетал и потух. Через секунду та же участь постигла и остальные.

    – И что это значит? – раздался в темноте недовольный голос синего кота.

    Будто в ответ на его слова в туннель ворвался ледяной ветер с крупицами льда.

    – Ледяные ведьмы, – раздался в темноте отрешенный голос Моркрега. – Похоже, приспешники наместника следили за выходом и, едва мы его раскрыли, послали погоню. Нам конец.

    Странно, я совсем не испугался. Жизнь – тщета и суета. Зачем куда-то спешить, к чему-то стремиться? Зачем вообще жить? Зачем рождаться на этот свет – ведь все равно умрешь. И так холодно вокруг. Надо всем собраться и лечь рядом. Надо поспать. Сон, вот что спасет нас. Блаженный, теплый, безопасный сон...

    ... Меня окунули в ушат грязной ледяной воды. Вытащили. Окунули еще раз, окончательно смывая наваждение. Что за черт?! Какой на фиг сон?! Бежать надо!

    Теперь уже теплая вода покрывала все тело, горяча кровь, а глаза видели все вокруг так же ясно, как в солнечный день. Но Сила действовала лишь на меня. Все мои друзья оставались беззащитны перед неведомым колдовством и уже ложились на ледяной пол, сонно щуря глаза. Надо что-то делать.

    – Подъем, – заорал я, тормоша свернувшегося калачиком Ричарда.

    Потом я начал бегать от одного к другому – орать, пинать, хлестать по щекам. Все бесполезно. Озарение пришло, как всегда, неожиданно. Я бросился к Эдмунду и, немного порывшись в его заплечном мешке, достал «светолуч». Помнится, эта штука прожигала кожаную обивку дивана, значит, замечательно справится с задачей согревания моих друзей. Главное только не чересчур усердствовать, а то ведь и поджарить можно. Я щелкнул тумблером, и направленный синий луч света впился в противоположную стену. Ну-ка, ну-ка...

    Первый, как наиболее закаленный, очнулся орк, и я, ободренный успехом, с удвоенным усердием продолжил водить лучом по лежащим вповалку друзьям. Ричарду случайно подпалил хвост, зато проснулся кот мгновенно. Потом одни за другим очнулись все остальные. В себя приходили сразу, без зевоты и потирания глаз, как бывает после обычного сна. Тут же вскакивали с пола и начинали прыгать и растираться, пытаясь согреться.