– А, гоблины, – протянул мужичок. – Понятно. У нас они тоже бушуют, но чтоб людей похищать... Бывало, пастуха убьют и стадо уведут, однако чтоб на коноп... кан... плантацу... Не, такого не было.

    – Ну так что, подвезешь? – поинтересовался я и, получив утвердительный кивок, забрался в телегу.

    На днище деревянной повозки были постелены пустые мешки, а возница оказался человеком словоохотливым, поэтому мой дальнейший путь прошел в комфортной обстановке и с посвящением в местные новости. Они в большинстве своем оказались мелкими и неинтересными (у соседа корова сдохла, дед Похом женился в пятый раз), но одна меня весьма заинтересовала. Оказывается, в местных лесах с месяц назад поселились три брата-колдуна, которые тут же начали изводить местное население. То порчу нашлют, то пару мертвяков с кладбища поднимут и направят в деревню кур таскать, то молодку какую на помеле летать научат. Последнее меня особенно заинтриговало... А вот про столичные новости мой новый знакомый не знал, хотя деревня, в которой он жил, находилась от Синзуала не так уж далеко – в трех днях пути.

    К месту назначения прибыли, когда солнце уже начало клониться к закату. В дороге Рауль (а именно так звучно и по-мексикански звали возницу) меня накормил, поэтому жизнью я был весьма доволен. Оставалось только переночевать и утром отправиться в Синзуал вместе с проходящим через деревню торговым караваном. Рауль сообщил, что они ходят тут каждые три дня и завтра как раз такой день. Ночевать он меня разместил у себя же, в сарае, на стоге мягкого сена, за что получил от меня огромное спасибо и заверение в будущем рассчитаться, на что лишь махнул рукой. Не верил мужичок, что такой бродяга, каким я тогда выглядел, в состоянии материально благодарить за услуги. А зря.

    Ночь выдалась звездная и свежая. Дверь в сарай оставалась открытой, поэтому я мог в полной мере созерцать огромный купол ночного неба, усеянный снежинками звезд. Чистый воздух, легкий треск сверчков и далекие крики ночной птицы. Романтика!

    Сюда бы еще высокую восковую свечу, бутылку красного вина и красавицу Мечту в длинном вечернем платье. В такую ночь я бы сказал ей все...

    Из сна меня вырвали громкие немузыкальные вопли. Похоже, кто-то изрядно принявший на грудь, пытается петь. Знакомая картина. Я недовольно поморщился и попытался зарыться в сено поглубже, но увидел, как к дому моего хлебосольного хозяина подходят трое нетвердо стоящих на ногах парней. Все высокие, как жерди, и такие же худые, сутуловатые. Одеты в походные костюмы из кожи и короткие плащи черного цвета. Морды – самые блаженные. Один из них начал нагло барабанить в дверь и орать:

    – Рауль, старый хрен, открывай! Мы пришли за твоей дочкой, дабы научить ее кататься на метле и произносить заклинания!

    Угу, понятно. Значит, это те самые братья. Местная шпана с магическими наклонностями. Случись им так же стучаться в первый день моего прибытия в этот мир, то я бы изобразил глубокий сон и не пошевелил бы пальцем для усмирения зарвавшейся молодежи. Но, увы, времени с тех пор прошло изрядно, поэтому...

    – Эй, пацаны, – заорал я, вылезая из сарая. – Шли бы вы домой, а? Хозяин спит, дочка спит, я... спал. Идите, добром прошу.

    Парни уставились на меня так же, как, наверное, смотрел когда-то слон на моську.

    – Вот это да! – выговорил один. – Какие наглые пошли бродяги! Пшел вон, плешивый, пока мы тебя не того... не заколдовали.

    – Не, погодите, – отстранил братцев один, самый пьяный на вид.