И только тут меня осенило, что это я, оказывается, стану прямо сейчас тем триггером, тем спусковым крючком, который запустит процесс убийства императора Франца, а это событие, в свою очередь, изменит историю! И мне даже стало не по себе, что сделаюсь причиной всего этого.

Когда мы, попрощавшись с эрцгерцогом, поехали обратно, морозный ветер, вновь разгоняющий облака на небе и проносящийся сквозь ветви деревьев, стряхивая с них снег, казался мне шепотом судьбы, предвещающим грядущие грозные события. Я взглянул на графа. Его лицо с профилем, напоминающим хищную птицу, было освещено лучами закатного солнца, пробившегося сквозь тучи, а тени от ветвей деревьев создавали вокруг резкие зловещие контрасты. И в этот миг мне показалось, что за его спиной скрываются создания тьмы, готовящиеся вырваться на свободу.

Глава 5

Граф сдержал слово. Как только мы вернулись в чумной монастырь, он первым делом направил коня не к штабному шатру, а к своему обозу, вставшему с внутренней стороны монастырской стены. Там он спешился возле крытого парусиной фургона, охраняемого особо тщательно. Вокруг стояли караульные, и горели костры, согревая морозный воздух. А внутри, как выяснилось, находились клетки с птицами, за которыми присматривали особо обученные люди, подкармливающие голубей и следящие за их чистотой.

Я по-прежнему сопровождал графа и с интересом рассматривал птиц. А он, забравшись в фургон, где содержались птицы, рассказывал мне о своих питомцах с любовью. Даже его жесткое лицо бывалого вояки, изборожденное шрамами, смягчилось, когда он говорил:

— Вы знаете, князь, голуби очень умные, они вовсе не глупее собак. Эти птицы всегда знают, где находится их родина. И они всегда стремятся вернуться к себе домой, прилететь в родное гнездо даже из самых далеких краев. Ими движет желание побыстрее воссоединиться со своей парой и увидеть своих птенцов. Потому они обязательно прилетают обратно на ту голубятню, где родились, куда бы их не отвезли люди. В разных странах Европы этих птиц давно уже стали использовать для пересылки сообщений. Библия сохранила для нас сведения, что даже Ной посылал голубей. Я же развиваю подобную деятельность здесь, в Моравии. Занимаясь птицами много лет, я убедился, что голуби отлично подходят для быстрой доставки секретной информации. И потому они являются полезнейшим средством для связи. Ведь птицы летят гораздо быстрее, чем едет курьер на самой быстрой лошади. Но, даже если предположить, что скорости курьерской лошади и птицы равны, то следует учесть, что всадники скачут по дорогам, которые вовсе не прямые, а пролегают там, где позволяет местность. Голуби же свободно летят по прямой линии над холмами, реками и прочими препятствиями, потому что в воздухе нет преград для полета, особенно, если погода хорошая, и сильный ветер не сбивает птицу с пути.

Рассказывая про своих пернатых любимцев, Граф писал простым карандашом на узких отрезках бумаги записки неизвестным мне шифром, потом доставал из клеток какого-нибудь голубя и осторожно брал его в руки, держа в ладонях, а человек графа, занимающийся птицами постоянно, привязывал в это время подготовленную записку к голубиной лапке. Потом граф высовывался из крытого фургона наружу и выпускал птичку со словами: «Лети, дружок!» И, судя по тому, сколько птичек граф при мне выпустил, распоряжений он разослал достаточно много.

Я же обратил внимание, что в разных клетках сидели разные голуби. И они вовсе не были однообразно сизыми. Одни из них выглядели пестрыми, другие однотонными, а некоторые даже были пятнистыми. Перышки у всех птичек имелись разных цветов и оттенков: серые, синие, черные, коричневые, сиреневые, белые, даже красные и зеленые. Да и формы разнились. В разных клетках содержались голуби различных пород: крупные, и мелкие, с клювами подлиннее и покороче, с лапками красными и черными.