|
А затем, оседлав коня, я проехал на нем через арку ворот по второму подъемному мосту, отделяющему внешние крепостные стены от барбакана.
Оказавшись снаружи грозного укрепления, построенного много веков назад, но не так давно полностью реконструированного под артиллерийский форт, в казематах которого находилось несколько десятков орудий разных калибров, я направился на поиски поручика Дорохова. Прощаясь, виконт Леопольд сказал мне, что его брат майор Леонард уже позаботился о размещении русских солдат и, наверняка, отвел их командира в лучшую городскую таверну «Горный козел», расположенную напротив ратуши. Намереваясь сначала убедиться, что все наши бойцы устроены на ночлег, я после этого собирался заняться поисками баронессы Иржины фон Шварценберг. Я волновался за нее, поскольку эта женщина стала мне за время нашего знакомства весьма близкой.
Я выехал за пределы крепости, когда уже стемнело. И зимний горный воздух наполнил мои легкие морозной свежестью. Черныш, мой верный конь, с легкостью нес меня по заснеженным улицам городка, аккуратно выложенным булыжниками. Виконт предупредил, что в городе для гражданских после захода солнца и до рассвета введен режим тишины, очень напоминающий комендантский час. Потому, кроме военных патрулей, других пешеходов мне не попадалось.
Поскольку я знал пароли и отзывы, то проезжал мимо караулов без всяких проблем. Я заметил, как некоторые из них с интересом смотрели на меня — возможно, в моем облике русского офицера они видели помощь от России. Ведь слухи о том, что на помощь жителям Моравии сам Кутузов отправил сильный русский отряд во главе с влиятельным князем, уже распространились. К тому же, многие солдаты ландштурма сами стали свидетелями нашего совместного боя против французов за чумной монастырь и переправу через Ракитную.
И теперь эти известия передавались городской страже. Именно поэтому стражники, вооруженные очень старыми фитильными ружьями со штыками, многозначительно переглядывались, разглядывая меня, когда я им назывался. Хотя, как только я прибыл в замок Здешов-Козел, мне сразу, еще перед собранием баронов, лидерами мятежников был пожалован полный комплект обмундирования австрийского полковника. И с того момента на мне сидела точно такая же парадная военная форма, как и у графа Йозефа.
Я ехал дальше, и вокруг меня во всем городе, действительно, царила тишина, нарушаемая лишь стуком подкованных копыт моего коня по камням мостовых, да легким шорохом шагов патрульных солдат городской стражи. Я вспомнил слова виконта Леопольда о том, что майор Леонард, его младший брат, был человеком, способным наладить порядок даже в самых сложных ситуациях. Похоже, что так оно и было. Порядок в Здешове поддерживался образцовый. А еще повсюду горели фонарики на столбах, зажигаемые особой городской службой фонарщиков, которые каждый вечер объезжали все фонари, чтобы подлить лампадное масло в каждый из них и зажечь. В домах тоже мерцали в окнах огоньки масляных ламп и свечей. Так что на улочках темно не было, несмотря на ранний декабрьский вечер.
А еще я заметил, что в городе имелись добросовестные дворники, которые убирали улицы от снега, посыпая их песком, чтобы не было скользко. Потому от замка до ратуши доехать никакого труда не составило. А сразу напротив нее через площадь средних размеров висела заметная вывеска, изображающая большого белого козла на черной горе. И потому ошибиться адресом было просто невозможно. Это заведение здесь считалось элитным, предназначенным исключительно для местной знати. И потому оно работало, несмотря на этот самый «режим тишины». А снаружи в боковом проезде имелась даже специальная длинная коновязь под навесом, где дежурили конюхи, присматривающие за лошадьми господ, приехавших в заведение.
Оставив там коня и войдя в «Горный козел», я сразу увидел, как офицеры, усталые после долгого пути, но полные жизненной энергии, собрались вокруг дубовых столов в просторном трапезном зале, делясь друг с другом разными историями и смеясь. |