Некогда он уже побывал в тех краях, и результатом его визита стало появление в Монастыре Лолы, девочки из семьи Пси. Больше того, Лола оказалась Великой Пси - так можно было называть далеко не всех членов семьи, ведь дар передавался только через поколение. Жители Песчаных Пещер намеревались, не много не мало, как убить девочку. Заслуживали ли они жалости? Пока шаман не мог решиться на предательство. И все-таки отряд шел прямо на селение…

Они обогнули паучьи цветы, и изнуряющий бег возобновился. Ближе к закату восьмилапки совсем устали, и отряд постепенно замедлил ход, подчиняясь своему командиру. Последний световой час Делкорус отвел для охоты и ужина. Смертоносцы стремительно разбежались в разные стороны и этим полностью лишили людей возможности отыскать хоть какую-то добычу. Но командир помнил и о них: два смертоносца принесли к костру целого скорпиона.

«Пусть ваши самочки хорошенько перекусят, - добродушно пояснил восьмилапый своим изумленным союзникам. - Им надо быстрее расти».

- А он славный! - заявил Эль, забирая у шамана нож и начиная разделывать огромную клешню. - Заботится о девочках. Он вам нравится, а?

«Глупый самец…» - фыркнула Урма, но это не помешало ей присоединиться к уже посасывающей пищу Глуви. - Да нет, не похоже, чтобы он был глупый… - протянул Питти. - А где Кеджлис?

- Похоже, Делкорус его сильно отругал, - объяснил Дорни. - За то, что позволяет самочкам гулять одним… А может быть, и не только за это. Теперь Кеджлис потерял доверие, так сказать. Я заметил, что за ним постоянно присматривают два паука.

- Тоже интересно… - Шаман уселся возле костра. - Вчера болели исколотые ноги, сегодня… Сегодня вообще все болит. Чувствую, как молодею на глазах, надо чаще путешествовать. Смотри, какая интересная ямка, Эль!

Охотник послушно оторвался от разделки мяса и нагнулся посмотреть на ямку. Увиденное заставило его присвистнуть. Друзья переглянулись, но промолчали.

Это был след, гигантский след коня. Такими животными во всем мире владели только латорги, и никто кроме них. Конечно, след еще можно было с чем-нибудь спутать, но то, на чем остался отпечаток копыта, а именно здоровенная куча навоза, могло произвести в Степи только одно животное. Неужели?..

- Им удалось!.. - зашептал Эль, когда Дорни отлучился к колодцу. - Они прорвались тогда сквозь строй смертоносцев! Ну, и лошадки же у них!

- Не думаю, что это удалось многим, - пожал плечами Питти. - Но если жив хоть один, хорошо бы его разыскать… Что они делают в Степи, так далеко от Леса?

- Идут в Монастырь! - Эль хлопнул себя по лбу. - Идут к нам! Когда вернемся, встретим там Эмилио, а может, и Локки с Таффо!

- Совершенно не обязательно, - вздохнул шаман. - Может быть, это просто одичавшая лошадь, а ни одного латорга не осталось в живых. В любом случае, я сегодня три раза видел воздушные шары. Им не дойти до Монастыря. В Степи опять война, а это скверное время для путешествий.

Они поужинали и легли спать. Эль так устал, что мало соображал, что делает, и на глазах у изумленного шамана ловко связал над собой стебли высокой травы, укрывшись в таком шалашике. Когда-то Пожиратели Гусениц, вечные скитальцы, кочуя по центральной, самой безлюдной части Степи, и подумать не могли, что можно спать как-то иначе. Только лицом вниз, прикрывшись от неба травой. Там, высоко, летают суровые боги, которые жестоко наказывают всех, кто осмелится увидеть их. Спасение одно: устремить всего себя вниз и замереть, ни о чем не думая. Боги оказались всего лишь патрулем смертоносцев.