- Тогда подставляй спину, бывший враг, - пошел навстречу ему шаман. - Едем на север. «Но Делкорус сказал мне, что ты послан в Лес. Это на западе». - Я - главный, - твердо сказал Питти.

Некоторое время Кеджлис не шевелился. Лесовик знал, что сейчас тот обращается к невидимому в темноте Делкорусу Что же ему ответит командир? Смертоносец сделал еще два шага навстречу человеку и подогнул передние лапы в своеобразном паучьем поклоне. Питти наступил на тонкий твердый сустав и забрался подчиненному на спину. Как только Кеджлис скрылся, унося седока в указанном направлении, Эль открыл глаза и сел. - Ну, что на него нашло?!

- Если разобраться, ты не так уж долго его знаешь, - в свою очередь сел Дорни и широко улыбнулся. - До знакомства с тобой, Класом и Элоиз ему не о ком было заботиться, кроме себя. Теперь он вернулся к этому.

- Но зачем тогда он все это затеял? - не унимался Эль. - Монастырь, паучата, Зеленый Огонь, Лола?.. Столько всего - и бросил! - Он тебе объяснял, - тихо засмеялся Дорни. - Ты просто не хочешь его понимать.

- А я понимаю, - вдруг сказала Двона. - Это очень легко, когда у тебя совсем никого нет и ни о ком не надо заботиться. Очень легко и приятно. - Но у него-то есть! - заспорил охотник. - У него есть мы! А он нас бросил, предал!

«А мы-то думали, вы спите… - ошарашенно сказала Урма. - Ты думаешь, Эль, что это не я виновата?»

- Конечно, нет, - немного умерил пыл охотник. - Это просто у него характер такой. Сумасшедший шаман. Может быть, он завтра передумает. - Не передумает, - убежденно произнесла Двона. - И я бы не передумала.

Глава 8

Рондо хотел пить, но вода в яму набиралась так медленно, что ему приходилось подолгу ждать, чтобы потом просто слизнуть влагу огромным языком. Колодец на сей раз выкопал Локки и сделал это, как всегда, особо не размышляя. Если бы Эмилио заметил, что место выбрано на возвышении, то на голову Оленя мгновенно излились бы все бранные слова, известные бывшему помощнику командира правого крыла. Латорги не просто любили своих коней - люди и скакуны являлись одним целым.

Но Эмилио был занят. Вместе с Локки они сидели перед стариком, который, зажмурившись, вслушивался в ночную тишину. Его интересовали не звуки, Лаа-Пси внимал своим ощущениям. Где-то там, совсем неподалеку, был одинокий паук. То, что и нужно кучке воюющих с восьмилапыми людей. Практически беззащитная жертва. - Ну?.. - едва слышно выдохнул латорг. - Не пойму пока, не мешай! - сварливо отмахнулся Лаа-Пси.

Старика и самого увлекала эта охота, особенно после того, как он убедился в ее полной безопасности. Ватага, составившаяся из тех лесных людей, что не соглашались мириться с пришедшими в Лес северными смертоносцами, убивала и по пять, и по шесть пауков сразу. Отравленные стрелы парализовали могучих животных, а с Небесным Гневом, единственным остававшимся у восьмилапых оружием, бойцы мало-помалу учились справляться. Последние три латорга, продолжавшие сражаться за своего почившего короля, и вовсе были невосприимчивы к этим ударам.

Конечно, не все проходило гладко, при нападении на большой отряд пауков даже один промах мог отозваться серьезными потерями. Особенно же тяжело приходилось воинам, если смертоносцев сопровождал сильный отряд людей из племени Белок, которое почти сразу перешло на сторону врага. Только появление Лаа-Пси изменило ситуацию: старый колдун не только чувствовал и пауков, и людей на расстоянии, но и умел скрывать лесную ватагу от пролетающих прямо над ними восьмилапых. Лес стал неуютен для смертоносцев.

В разведке, имея только два лука, нельзя было рассчитывать на удачу. И вот - одинокая жертва приближалась прямо к месту привала. Правда, вместе с пауком шел человек… Но это давно не смущало бойцов сопротивления.