— О, Боже, Джек. Мне так жаль.

— Извинения приняты, малышка. Но в следующий раз просто спроси. Я был честен с тобой с того самого дня, как встретил тебя.

— Прости, малыш. - Я одной рукой обняла его за шею.

— Ты загладишь свою вину.

Уголки его рта поползли наверх.

— Мне ничего не хочется так сильно, как загладить свою вину.

Приближалось начало концерта. Я одновременно нервничала и была в предвкушении от того, что Джек придет посмотреть на меня. Было забавно, что меня не волновали тридцать тысяч человек, которые купили билеты и ожидали увидеть другую группу на разогреве, а всего один мужчина заставил мои нервы сплестись в комок.

Мы с Сиенной открыли концерт, и я впервые заметила, что некоторые люди во время припева нам подпевали. Толпа была оживленной, и я не знала, была ли моя эйфория после выступления вызвана энергетикой зрителей или Джеком, наблюдающим за мной из-за кулис.

Сойдя со сцены, я направилась прямиком в объятия Джека. Мне не терпелось поделиться с ним своими эмоциями.

— Тебе понравилось?

Я с возбуждением приподнималась на носочки и опускалась обратно. Я всегда чувствовала приток адреналина после выступления, но в этот вечер он был еще интенсивнее, и я не могла устоять на месте.

— Не думал, что есть что-то более сексуальное, чем ты голая подо мной. Но, чёрт возьми, малышка, я бы мог смотреть твоё выступление хоть всю ночь. Ты поешь как ангел, а двигаешься как дьявол. Одна часть меня хочет показать тебя всему миру, а вторая закрыть в наших апартаментах и запереть все двери.

Сексуальная полуулыбка Джека говорила о том, что он не шутит. По крайней мере, про часть с закрыванием меня в апартаментах.

Следующие несколько часов я витала в облаках, а Джек практически все оставшееся время концерта стоял позади меня. Во время медленных песен он властно держал меня за талию, прижав спиной к себе. Затем во время быстрых мы с Сиенной как подростки начинали танцевать и веселиться. То, как Джек смотрел на меня, заставляло меня чувствовать себя особенной и обожаемой, и я была рада, что он, казалось, забыл о своей изначальной неприязни к Джастину и смог насладиться концертом.

В конце шоу Кайл и Джастин сошли со сцены там, где стояли мы с Джеком. Кайл улыбнулся и кивнул, а с лица Джастина, казалось, улыбка исчезла. Несколько минут они говорили со своим менеджером, и когда толпа весьма громко начала вызывать их на бис, они вышли спеть последнюю песню.

Я была не удивлена, когда услышала первые ноты, так как у них вошло в привычку заканчивать концерт песней «Gone». Она определенно была самой любимой у фанатов. Но когда гитарное интро подходило к концу и вот-вот должны были начаться слова, Джастин посмотрел на меня и ухмыльнулся. Затем он перестал играть, и они оба повторили свой диалог о том, что пение двух горячих девушек лишь украсит эту песню. Я почувствовала, как Джек ещё сильнее сжал мою талию, когда Джастин поманил меня пальцем на сцену. Я повернулась к нему, быстро поцеловала и виновато улыбнулась.

Мы присоединились к парням на сцене и помогли им завершить концерт так же, как и пару дней назад. Только в этот раз я заметила, что Джастин стоит намного ближе и в последнем куплете касается моего лица, когда мы поем друг другу. Эффект был отличным, даже лучше, чем кода мы в первый раз пели вместе. Между нами была химия, которая так нравилась публике, но я была уверена на все сто, что Джеку это будет не по душе.

После концерта Джек ничего не сказал, но согласился пойти отпраздновать с группой успешный концерт. Казалось, Джек нашел общий язык с Ридом —  менеджером группы, и они оба погрузились в деловые разговоры, пока мы с Сиенной как обычно пили текилу.