Дел щурилась в полутьме, пытаясь рассмотреть палец.

— Но кровь идет.

— Кровь можно смыть… ой!

— Прости, — сказала она.

Дел склонила голову. Светлые волосы скрывали ее лицо. Они мягко спадали ей на плечи, скользили по груди. Я не мог увидеть выражение ее лица. Я только слышал ее голос, вдыхал знакомый запах, ощущал прикосновение ее рук.

И тут же почувствовал влечение.

Аиды, баска… сколько же это будет продолжаться?

— Дождь начинается, — Дел подняла голову, рассматривая небо через отсутствующую крышу. Ее губы разомкнулись, волосы скользнули на спину, и я увидел безупречное лицо, ставшее таким хрупким за годы одержимости. За месяцы полной собранности.

И я вдруг вспомнил Адару, которая была бы счастлива, приди я к ней, но которая не была заменой. Да и какая женщина могла заменить Дел?

— Начинается, — напряженно повторил я.

Моя ладонь неспокойно лежала на плече Дел, и капли дождя стекали по ее волосам, мешаясь с розовыми каплями моей крови из прокушенного пальца. Руке хотелось коснуться ее губ, погладить щеки, зарыться в светлые волосы…

Дел тяжело сглотнула.

— Лучше перебраться под крышу.

Я даже не моргнул, когда струйки воды побежали по моему лицу.

— Да, наверное лучше.

Дел смотрела на меня. Ни она, ни я не шевелились.

Дождь пошел еще сильнее. Мы стояли.

Голос у меня срывался.

— Есть места поприятнее.

Дел молчала.

— Есть места посуше.

Дел молчала.

Меня переполнило отчаяние и я не выдержал.

— Лучше уходи, — хрипло сказал я. — Я не знаю, сколько еще смогу уважать твою драгоценную собранность.

Дел коснулась моего лица, и я почувствовал как дрожит ее рука.

Делила… не надо…

В темноте ее глаза были совсем черными.

— В аиды мою собранность.

5

К рассвету мы снова были в постели, только теперь уже в одной, расстелив одеяла и шкуры в прохладе влажного утра и пытаясь укрыться от ветерка, забиравшегося под мокрые одеяла.

— Сколько же я этого ждал, — пробормотал я. — А мы не можем забывать о твоей собранности почаще?

Дел, вытянув волосы из-под моего плеча, чуть скривила губы.

— Ты уже свернул с пути. Я же говорила, мужчина не может ни на чем сосредоточиться если рядом женщина.

Меня ее замечание не задело, потому что она к этому не стремилась. Я посчитал это приятной отсрочкой.

— Неужели из-за меня ты лишилась своей драгоценной собранности?

— Прошлой ночью — конечно. Но сегодня я все исправлю.

— Исправишь?

— Да, — легко сказала она. — Я попрошу помощи у меча.

Сам не знаю почему, но я заволновался.

— Баска… ты же этого не сделаешь?

— Конечно сделаю.

Я повернулся на бок, чтобы между нами было место и я мог видеть ее лицо.

— Ты хочешь сказать, что собираешься опять содрать с себя всю человечность, которую только недавно вернула?

Брови Дел удивленно выгнулись.

— А ты хочешь сказать, что я должна обо всем забыть из-за единственной ночи с мужчиной?

Я поскреб небритую щеку.

— Ну, я-то полагал, что это будет не единственная ночь. Пусть например, много единственных ночей сольются так, что мы их уже не сможем разделить.

Дел задумалась.

— Возможно, — уступила она.

Я уже приготовился запротестовать, но не стал. Не смог. Я увидел веселый блеск в ее глазах.