— Возвращаемся на транспортер! — приказал новый командир роты «Три топора».

К чести марсианских инженеров надо отметить, что транспортер смог тронуться с места. И не просто тронуться, а бодренько набрать скорость! Волна от взрыва сбила с техники пламя, но и без огня место нашей высадки выглядело довольно удручающе. Все челноки имели повреждения различной степени тяжести, но мне и одного взгляда хватило, чтобы понять, что на орбиту ни один из них вернуться неспособен. Досталось и наземной технике: целыми после стремительной схватки остались лишь пара танков и четыре транспортера. Да и те заполнить до отказа было некем — многие бойцы роты «Три топора» остались лежать на брусчатке площади. И почести им отдавать было некогда.

— Осмотреть челноки! — развил кипучую деятельность лейтенант. — Забрать уцелевший боекомплект. Тройную… нет, каждому четверную норму.

— Лейтенант, что нам делать с ранеными и павшими? — услышал я вопрос на общем канале.

— Оставляем здесь. На орбите готовят еще одну группу. Она о них позаботится. Техники, проверьте машины. Выступаем через три минуты — каждая машина должна дойти до Дома на скале без единой поломки или задержки.

— Так точно! — грохнул в ответ хор голосов. — Мы уже там, лейтенант!

Десантники были уверены: они во что бы то ни стало выполнят приказ. У меня же уверенность в том, что мы доберемся до сказочного замка на скале, сильно пошатнулась. От роты осталась лишь четверть, едва мы успели высадиться. А нам же предстояло пройти через здания-кубы всей столицы, чтобы добраться до резиденции. Интересно, сколько жнецов поджидало нас на этом пути?

Глава 11

Наша сильно поредевшая колонна выступила чуть позже, чем требовал лейтенант. Он также распорядился, чтобы бойцы захватили с собой трехдневный запас пищи и воды. И с выполнением этого приказа возникли некоторые проблемы — челнок, который вез припасы, выгорел до основания.

— Зачем нам вообще нужны запасы еды? — спросила Клер у Габриэля. — До замка рукой подать. Какие еще запасы, а⁈ Зачем время терять?

В ожидании отправки нас троих усадили на броню одного из танков. И приставили охрану из двух человек.

— Знаешь, от чего на войне больше всего погибает людей? — вопросом на вопрос ответил Гэб.

— От лазера? — попробовала догадаться девушка, а Габриэль отрицательно покачал головой. — От пуль? Осколков?

— От недостатка снабжения. Боеприпасы, медикаменты. Рационы питания. Топливо. Если всего этого нет под рукой — считай, ты умер и проиграл бой. Наш командир делает все правильно, запас карман не тянет.

— Перестраховщики, — пробубнила Клер, — чего им бояться на родной планете?

— Наверное, того, что эта планета уже не их, — высказал я мрачное предположение.

— Ой, не нагнетай, — отмахнулась от меня Клер.

Тут лейтенанту и пришел доклад о том, что мы фактически остались на подножном корму. И он принял тяжелое и, на мой взгляд, необоснованное решение. Черт с ними, с армейскими правилами, нам надо как можно быстрее прорваться к Дому на скале. Но командовал остатками роты под номером 777 не я. И поэтому наша колонна потянулась к уцелевшему стеклянному кубу.

Лейтенант использовал оставшиеся дроны в качестве передовой разведки. А сам уселся на броню возле нас.

— У нас неустойчивая связь с орбитой, — произнес он, переключившись на наш канал.

— Комета? — встревоженно спросила Клэр.

— Нет, источники помех здесь. На поверхности. А вы правда были адмиралом… ну… до того как… ну…

— Стал мятежником? — подсказал Смирлову Гэб.

— Да.