Положительные стороны? Лила определенно привыкала к байкерской жизни, адаптируясь к жизни вдали от тих гребаных педофилов садистов, религиозных уродов.

Я показал ей каждую часть Остина. Но она не покидала грузовик. Отказывалась ехать на моем байке. Безоговорочно отвергла любое изменение гардероба. Не снимала гребаный чепчик... о котором я, бл*дь, начал мечтать.

Я больной ублюдок.

Но у нее был прогресс. Она больше не раскачивалась как психованная в углу и не цитировала Писание двадцать четыре часа семь дней в неделю. Не запиралась в своей спальне, крича на любого, кто подходил к ее двери.

Она постепенно пробовала все новое со мной... только со мной.

Только, бл*дь, со мной. Я, мать вашу, зависел от сучки.

Мгновение спустя Лила открыла дверь, улыбаясь мне. И да, как всегда, я затаил свое чертово дыхание.

— Здравствуй, Кай, — поприветствовала она, выходя из дверей, чтобы последовать за мной вниз по лестнице.

— Сладкие щечки, — сказал я, обретя голос.

— Чем будем заниматься сегодня?

Я остановился как вкопанный и уставился на нее, когда Лила врезалась прямо мне в грудь. Когда я поймал ее за руку, ее дыхание участилось. Голубые глаза Лилы встретились с моими, и я клянусь, весь гребаный мир остановился.

Она облизала языком губы, ее взгляд опустился к моим губам и сразу же я стал болезненно твердым. Я знал, что пришло время решить это дерьмо снова.

— Уезжаю завтра. Поэтому сегодня здесь.

— Как долго тебя не будет? — спросила Лила, и я хотел улыбнуться, уловив разочарование в ее голосе.

— Несколько дней, может, больше. В зависимости от того, как все пройдет.

Все будет быстро, просто обычный подкуп федералов и сбор банка с уличных шаек, распространяющих наши стволы.

— Хорошо, — сказала она тихо, и на этот раз ничего не остановило мою ухмылку.

Взяв ее за руку, я повел ее вниз по лестнице к клубному дому.

— Пойдем. Мне нужна еда. Хорошая возможность показать тебе кухню.

Лила послушно последовала, держа голову опущенной в случае, если мимо пройдут другие братья. На нашем пути не встретилось братьев, но я выругался себе под нос, когда гребаные Тифф и Джулс, хихикая, появились из-за угла: загорелые, с выставленными напоказ ногами и сиськами.

Их взгляды немедленно вперились в нас с Лилой, а гребаные лица погрустнели. Ревнивые шлюхи. Джулс пустилась вперед в своем узком красном платье и провела ногтями по моей груди. Рука Лилы сжала мою. Затем она пыталась вырвать свою.

Не получится.

— Кай, малыш. Хочешь пойти с нами? — Палец Джулс продвигался на юг, пока она не обхватила мой обтянутый джинсами член рукой.

Сбросив ее руку, я сказал:

— Проваливай, Джулс. Иди трахни Вика, раз так отчаянно нуждаешься в члене.

Джулс сощурила глаза и отступила.

— Ах… слишком занят со своим маленьким питомцем, Кай? Бросаешь нас ради девственной киски... снова?

Лила вдохнула, и я сделал шаг вперед, негодуя из-за шлюхи. Тифф оттащила Джулс, видя мое яростное выражение лица.

— Давай, Джулс, пойдем, — сказала она, одергивая Джулс.

Рука Лилы начала расслабляться в моей.

Тупые бл*дские шлюхи. Сучки приносят только гребаные проблемы. Тогда я и решил вышвырнуть их задницы, перед тем как отправлюсь в поездку. В любом случае они уже были потрепаны.

Я ворвался через двери кухни. Хаш и Ковбой сидели за столом. Они подняли свои бутылки пива «Бад» в знак приветствия, увидев Лилу.

— Лила, — сказал Ковбой, постучав по своей ковбойской шляпе. — Очень приятно видеть тебя, дорогуша.

Лила склонила голову и покраснела. Она, вероятно, не могла говорить, когда они находились здесь, и так как только что столкнулась с сучками близняшками.