Надо было выбирать кабинет – но на это не было, ни сил, ни желания. Генсек по традиции каждый раз выбирает себе кабинет, я бы – будь моя воля – не только бы не выбирал кабинет, но и выехал бы из Кремля. Пока обосновался бы на площади Ногина, потом построили бы специальный город по типу Вашингтона, удобный для работы и современный – а в Кремле создали бы музейно-туристический комплекс. Но – так нельзя.

Потом пришли Громыко и Пономарев. Западные гости разъезжались, а вот лидеры стран Восточного блока, СЭВ – оставались. По традиции им надо было встретиться с новым Генеральным секретарем.

А мне надо было решать, что делать.

Ярузельский. Самый проблемный из всех. Во-первых – Польша капитально влезла в долги, живет не по средствам даже сейчас. Долги в основном номинированы в долларах. Никакого заговора тут нет и в помине – просто польский гонор никуда не делся и не денется, наверное. Польские власти, понимая негативное к ним отношение – пытались задабривать население социальными взятками. Население продолжало бунтовать – на каждой забастовке терялись деньги. Потом пришли кредиторы и потребовали деньги назад. Кстати, в этом тоже не было заговора – в США разбушевалась инфляция, долги были в долларах, получить их надо было как можно скорее.

Потом, когда стало понятно, что партия не справляется – Ярузельский устроил государственный переворот, ввел чрезвычайное положение. Сейчас ситуация в своеобразном клинче – активисты кто уехал, кто сидит, расстреливать никого не стали. Самый популярный политический деятель в стране – Иоанн Павел II. За ним – рабочий Лех Валенса. Народ требует построить католический храм в образцовом городе Гута Сталове, где храма изначально не проектировалось (это был город, построенный с нуля рядом с огромным металлургическим комбинатом). В страну поступает копировально-множительная техника по линии церкви, печатаются листовки, пропаганда, воззвания. В общем ситуация на грани потери контроля и страна по-прежнему не сводит концы с концами.

Хонеккер. Второй по проблемности. ГДР так же в долгах как в шелках, разница в том что основной кредитор ФРГ, а денег они пока не потребовали. Но если потребуют – будет дефолт. Есть и плюсы – вторая экономика СЭВ. У них производится полно потребительских товаров, которые имели бы большой спрос в СССР. Если с кем и обсуждать реформы СЭВ по модели ЕС, то это с Хонеккером.

Густав Гусак. Третья экономика СЭВ, с ними тоже можно наладить адекватный обмен. Проблем у них меньше чем в ПНР, а долгов меньше чем у ГДР. Но вопрос 1968 года никуда не делся – это все висит между нашими народами как темная туча. Интересна его "политика нормализации" – отказ от политики в обмен на сносное материальное существование. Гусак кстати интересен многим – в тридцать третьем он, еще двадцатилетним опубликовал хамский фельетон на Сталина, после войны сел в тюрьму как поддерживавший словацкий фашизм, в шестидесятом вышел из тюрьмы, а уже в шестьдесят девятом стал главой государства. Но мне более интересен его премьер – Любомир Штругал, который сумел перезапустить экономику в условиях социалистических ограничений и обеспечить приличный экономический рост, который в общем то и стал тем бархатом, который обеспечил исключительно мирный характер событий 1989 года. Ни Гусака ни Штругала ни кого либо еще даже не судили, а реабилитированный Александр Дубчек был реальным конкурентом Вацлава Гавела на высший государственный пост в стране.

Янош Кадар. Самый веселый бардак в социалистическом лагере, ВНР тоже с трудом сводит концы с концами – но именно венгерский опыт у всех на слуху наряду с югославским как направление реформ. Интересно узнать, чем же он так интересен.

Тодор Живков. С Болгарией проще всего, взять с нее особо нечего, разве только овощей и фруктов побольше и активизировать выездной туризм в Болгарию.