После ночлега в машине ныла спина, зверски хотелось есть. Во рту сухо после выпитого накануне. Тем не менее Профи ощущал бодрость. Он пустил движок и, пока машина грелась, съел все печенье. Без трех минут семь он выехал из двора. На повороте разминулся с бежевой пятеркой. В ней ехали два офицера ФСБ. Операция по задержанию Виктора Котова началась.

— А-а, вот ты где, — обрадовался Боец. — Ну-ка иди сюда.

Щенок уловил радость в голосе Хозяина, понял, что прощен, и неуклюже бросился в ноги. Боец подхватил его на руки и, подняв к лицу, строго спросил:

— Ну, беспутный, где шлялся всю ночь? Если бы щенок умел говорить, он бы рассказ-зал, что ночь провел в темном и страшном лесу. А убежал он туда, когда почувствовал Зверя. Своим маленьким умом, скорее даже — умишком, он почувствовал Зверя в Хозяине раньше, чем те двое… Инстинкт тысяч поколений его предков вздыбил шерсть на загривке, заставил поджать хвост и тихонько уползти в темноту. Щенок ушел, но ни Люди, ни его Хозяин этого не заметили. Он забился в папоротник и лег там, но тяжелый запах Зверя доносился и туда. От ужаса щенок тихонько скулил. Потом, когда ЭТО уже произошло и те, другие, были мертвы, Хозяин искал его в лесу. Однажды он пробежал совсем близко, но страх заставил щенка прижаться к земле, лежать тихо-тихо. От Хозяина все еще пахло Зверем и кровью. А потом щенок лежал один, вздрагивая от шорохов и потрескиванья сучьев. Было холодно и страшно, какие-то зверьки бегали в темноте, однажды по траве что-то проползло. Щенок сунулся было туда, но что-то страшно зашипело. Потом он уснул. Сейчас от Хозяина Зверем не пахло.

Боец пристально смотрел в глаза Шарика и, видимо, о многом догадывался. Был он грустен.

— Ладно, брат, ладно, — приговаривал он, — возвращаемся мы в Питер. Окончен наш вояж… Хватит. Покуролесили. Сейчас мы с тобой позавтракаем и поедем. Нельзя нам тут оставаться…

Щенок норовил лизнуть в лицо, ярко светило солнце, в пятистах метрах на дне озера лежали два мертвых тела. Мужчина со сломанным основанием черепа и изнасилованная, с перекушенным горлом, женщина.

— Интересно, кто ж тебя, бедолага, кормить будет, когда меня шлепнут? А?

В ответ щенок завилял хвостом. Через тридцать минут новенькая «четверка» покатила по грунтовке в сторону Выборгского шоссе.

В 8.55 все подходы к дому Виктора Котова были надежно заблокированы. В пятнадцати метрах от подъезда, на сломанных качелях, устроились похмеляться два гопника. Два старших лейтенанта из РОСО «Град». В замызганной спортивной сумке, откуда они извлекли бутылку «водки» и закусь, лежали портативные «Кедры» и радиостанция. С одного конца дома приткнулся «жигуленок» с двумя следователями ФСБ, с другого — серая невзрачная «Волга», в которой находился майор Рощин, еще два его сотрудника и водитель. «Форд-транзит» с аппаратурой радио — и электронного контроля, расположился чуть дальше. Два автомобиля с разведчиками «наружки» стояли вообще вне видимости из дома. Третий Рощин направил к офису «VIP-club». На всякий случай. Еще два бойца «Града» сидели в лифтовом помещении на последнем этаже, они блокировали весь подъезд сверху.

Ждали появления Котова. Встреча с «клиентом» у него назначена на 10.00. Дорога от дома до офиса займет не более двадцати пяти минут. Значит, выйдет Виктор Петрович самое позднее около девяти тридцати. Если, конечно…

В салоне «Волги» зазвонил телефон. Рощин снял трубку:

— Слушаю. Рощин.

— Доброе утро, Сергей Владимирович. Любушкин, — услышал майор знакомый голос начальника следственной службы. — Значит, так… в суде все вопросы решены.