-  Почему ребята опаздывают? - возмущенно удивился Свин. - Я, конечно, понимаю, что мы не со всеми в Отделе хорошо ладили. Но ради вручения крестов могли бы и забыть старые обиды…

    Только после этих слов моего офицера я вдруг понял, что меня смущало все это время - нам не встретился хотя бы один сотрудник Отдела. Учитывая, что на пенсию в Отделе уходили ой как нечасто, данный факт, мягко говоря, вызывал недоумение. Терраса просто должна была рябить от знакомых лиц. Даже Локки, даже Варшавский, при всей своей к нам со Свином неприязни, не могли пропустить столь важное, я бы даже сказал протокольное, мероприятие.

    -  Ребята не придут, - коротко сказал Ангел.

    Может, мне показалось, а может, свет солнца действительно померк. Усилившийся ветер набросился на распотрошенную Свином булку. Белые крошки, попав в цепкие объятия холодного воздуха, сначала взмыли вверх, а затем, перемахнув через перила, полетели к земле, на корм воронам. Мы со Свином угрюмо молчали. Отсутствие сотрудников на церемонии награждения было экстраординарным событием. Значит, случилось что-то очень и очень неприятное.

    -  Отдел расформирован, - сообщил нам Ангел.

    -  Что?! - в один голос воскликнули мы.

    -  Отдел расформирован, - бесстрастно повторил Ангел. - Служба Справедливости добилась его закрытия. Все сотрудники в данный момент находятся на местах, ожидая дальнейших распоряжений от независимых наблюдателей.

    Я ошеломленно молчал, пытаясь сообразить, какие эмоции в данный момент должны возникнуть в моем сердце. Мне было известно, что деятельность Отдела вызывала постоянные нарекания со стороны Службы Справедливости. Мы иногда пересекались с их оперативниками. Бесстрастные, скользкие ребята. Все как один в черном, все как один аккуратно подстрижены, выбриты и в темных очках. Естественно: их служба носила совершенно легальный характер, поэтому и выглядели они как заурядные клерки, подражающие, ради разнообразия будней, стилю Нео из «Матрицы». Служба Справедливости - СС, как мы ее называли между собой, - была прямым антиподом Отдела. Мы разрушали веру - они тщательно взращивали ее, следили за тем, чтобы верующий всегда получал то, во что он верит. Эсэсовцев не интересовал нравственный характер веры конкретного человека - они пестовали веру вообще, а на слезинки ребенка и прочие сентиментальности им было глубоко наплевать. Пару раз Ангел обмолвился, что на небесах все ужасно обеспокоены упадком веры среди людей. А потому СС набирает все большую и большую силу - считается, что они помогают понять людям пользу веры. Больше уверовавших - больше мыслей о небе. А о нравственности можно будет подумать как-нибудь потом, по достижении нужного объема…

    -  Печально, - сказал Свин. Видимо, новость огорчила и его.

    -  Спасибо за соболезнования, - поклонился Ангел.

    -  Извините за прозу, - вмешался в разговор я, - но как насчет нас? Мы же выполнили последнее задание. Нам положены кресты.

    Ангел покачал головой. Затем развернул крылья и достал откуда-то из глубин хитона два черных бархатных футляра.

    -  Вот ваши кресты.

    Мы со Свином как завороженные уставились на его руки. Кресты были совсем маленькие, изящные. Если повесить на лацкан пиджака, все подумают, что это клубный значок.

    -  Наконец-то, - протянул копыта к футляру Свин.

    Но кресты ему не достались. Ловким, проворным движением Ангел убрал футляры за спину.

    -  Я очень сожалею.