– Скоро ужин. Пойдем к тебе в комнату наряжаться, – предложила Джозетта Клер.

– Пойдем, – согласилась Клер.

Обе девушки уже успели принять душ и надеть платья, когда в дверь постучали. Вошла Элеонора, безупречно одетая и причесанная. В руках у нее была большая коробка с косметикой.

Элеонора улыбалась, и глаза ее светились от радостного возбуждения.

– Я, кажется, знаю, что надо сделать с волосами Клер. И еще я хотела оценить степень вашей готовности.

Волосы Клер были еще влажными.

– Как видишь, до готовности далеко.

– Мне нравятся твои натуральные кудряшки, но их надо немного приручить. Я думаю, тебе надо втереть в них немного специального средства и просто дать высохнуть, не укладывая. Уверяю тебя, ты останешься довольна результатом.

– А что за средство?

– Легкий гель. Когда волосы высохнут, они будут блестеть, но не будут жесткими.

– Вы считаете, мне это нужно? – с сомнением «-просила Клер.

Волосы у нее были очень кудрявые и торчали дыбом, словно она только что сунула пальцы в розетку.

– Надо подчеркнуть естественность завитков, а это совсем не то же самое, что сделать себе перманент.

– Ну, если ты так считаешь...

– Готова рискнуть?

– Определенно. – Клер присела на край кровати, позволив Элеоноре втирать в свои волосы все, что она сочтет нужным.

– Ну, пусть себе сохнут, а мы пока займемся макияжем. Глаза Джозетты радостно заблестели, и следующие сорок пять минут пролетели как одно мгновение.

Бывшая военнослужащая засыпала Элеонору вопросами о содержимом многочисленных тюбиков и баночек. Несколько средств были испробованы на месте.

Когда дошло дело до макияжа, Элеонора сказала Клер, что ей нужно подчеркнуть естественность. Клер не очень хорошо понимала, что это значит, но слово «естественный» ей понравилось. Ей не хотелось выходить к ужину размалеванной, как кукла.

Когда Клер посмотрела на себя в зеркало, она поразилась, насколько женственно выглядел теперь ее нимб из рыжих кудряшек вокруг головы. Прическа смотрелась вполне естественно, и в то же время... не совсем. А карие глаза казались темнее и загадочнее, подчеркнутые еле заметными тенями и подводкой.

– Bay! – прошептала Клер.

Элеонора подошла к ней со спины и тоже заглянула в зеркало.

– Мой братец останется доволен. Джозетта засмеялась.

– Я думаю, ты права.

Элеонора с улыбкой повернулась к Джозетте:

– А твой муж просто подхватит тебя и унесет в спальню. Джозетта покрутилась возле зеркала, и пышная юбка хлестнула ее по загорелым ногам.

– Пусть он меня сначала поймает, а это не так просто сделать.

Глава 21

У Хотвайера перехватило дыхание, когда Клер вошла в зал. Справа от нее была Джозетта, слева – Элеонора, но последних двух Хотвайер видел смутно, все его внимание было приковано к той единственной женщине, которая стала для него как наркотик для наркомана. Видит Бог, она была красивой.

Ему нравились ее волосы, они выглядели более естественно, чем тогда, на свадьбе, а что касается косметики – если она и была, то Хотвайер ее не замечал. Ему это нравилось: Клер не нуждалась в усовершенствовании.

Она сама по себе была потрясающей.

Тело ее сексуально облегало то самое платье, что было на ней на свадьбе Джозетты, на ногах – высоченные шпильки. Она шла медленно, соблазнительно покачивая бедрами. Взгляды многих мужчин были прикованы к ней, но Клер видела только его, Хотвайера. И этот ее взгляд, устремленный на него одного, вызывал у него желание схватить ее на руки и отнести назад: наверх, в спальню.