— Вы шевелиться моете? — на всякий случай уточнила у девушек.

Ответом была тишина. Значит даже говорить ещё толком не могут… И что мне с ними делать?

Было решено пойти и разведать обстановку, поэтому я поднялась с соломы, на цыпочках подошла к двери и слегка её приоткрыв, посмотрела в образовавшуюся щёлочку. Вокруг было пусто. Видимо они решили, что паралич не отпустит нас ещё долго, поэтому даже сарай закрыть не потрудились. Через пару секунд я уже высунула наружу любопытную голову и осматривала округу. Здесь было несколько сарайных построек и один, похожий на обычный деревенский домик. Поляна, на которой располагался этот рай преступности, была со всех сторон окружена густым ельником. Суслик увидев, что я собралась выйти наружу, спешно занял свою привычную позицию под моим плащом.

Я по инерции провела рукой по плащу, словно приглаживая его, и решила найти ближайший путь к отступлению, что бы вернуться, и точно знать куда бежать, когда очнутся девушки. Резко шарахнулась, когда из подобия домика послышался отборный мат, но прислушавшись внимательней и разобрав, что спор идёт из-за украденного золота, успокоилась. Я, всё так же на цыпочках, и мысленно благодаря Ми за подаренные на прошлый день рожденья мягкие сапожки ручной работы, двигалась в сторону густого ельника, что бы проверить можно ли там пройти. Постройки окружал невысокий частокол, а между ним и лесом была небольшая полянка, метров тридцать, не больше. Я благополучно перелезла через это несуразное ограждение, благодаря кузенам, опыт в лазании по всяким заборам у меня был колоссальный. Правда немного зацепилась подолом плаща, но вполне успешно отцепила его от колышка, и ускорив шаг, направилась к заветным ёлкам.

Когда по всей округе раздался громкий протяжный свист, я даже не сразу поняла что происходит и почему-то посмотрела вверх, но настоящая опасность подступала ко мне сзади. Выглядела опасность неважно: слегка помято и растрёпано.

— Тревога! — вопил бегущий в мою сторону мужик, — Девка сбегает!

Я на мгновение замерла, не веря происходящему. Ещё секунду назад всё было спокойно, даже слышалось отдалённое пение птиц и шелест размашистых лапок елей. А сейчас на меня с воплями бежал раскрасневшийся мужик с мечом наперевес, а из домика, в котором происходила делёжка, как бусины из шкатулки высыпались остальные разбойники. Когда прямо у моего уха просвистел арбалетный болт, я наконец отмерла и со всех ног бросилась в лес.

Из-за активного бега поддерживать суслика под плащом я уже не могла и ему пришлось вцепиться в меня коготками, которые больно ранили живот, но страх был гораздо сильнее боли, и я мчалась вперёд по частому ельнику. Еловые лапки больно били лицо, скорее всего оставляя мелкие царапины, а от удара ногой о внезапно показавшийся на пути корень, я взвыла как раненный зверь. Лучше бы не выла… Потому что на звук бросились разбойники, и как бы я не улепётывала, мужчины с хорошей физической подготовкой очень скоро почти настигли меня. В голове уже мелькнула мысль, что нужно сдаваться, потому что лес, так же как и вереница преследующих меня мужчин, не заканчивался.

Но в один миг мне показалось, что впереди показался просвет. Обрадовавшись возможности выбежать из ельника, я на последнем издыхании прибавила ходу и выбежала на небольшой уступ перед пропастью, на дне которой мирно протекала какая-то неизвестная река.

В этот момент решение сдаться показалось мне единственным верным, и я обернулась к лесу, что бы сообщить об этом разбойникам. Как только открыла рот, что бы начать говорить, из гущи леса в меня чередой полетели арбалетные болты. Я, как дракон, любящий и уважающий жизнь во всех её проявлениях, попыталась увернуться, но случайно зацепилась ногой за лежащий на уступе камень и полетела вниз…

— А-а-а-а-а-а, — орала я во время свободного полёта с обрыва.