В теле погибшего была обнаружена пуля типа 32 ACP, которой, судя по оставшемуся следу, стреляли из пистолета, зарегистрированного в полиции, – Sig Sauer P230. Более того, было отмечено, что его владелец, вероятно, действующий сотрудник полиции.

Незамедлительно был арестован начальник отдела по борьбе с организованной преступностью тридцатичетырехлетний главный инспектор[2] Цубакияма Митио, и это заставило еще раз побледнеть все руководство полиции префектуры.

Сколько ни посещай лабораторию судебно-медицинской экспертизы, а каждый раз впечатление не из приятных. Наверное, нет другого такого места, которое позволяет настолько остро прочувствовать, что человек, который перестал дышать, становится всего лишь телом. Поскольку Кацураги заранее договорился о своем визите, он назвал цель своего посещения лаборатории на проходной и тут же смог проследовать к ответственным сотрудникам.

Из секционного зала вышли двое – мужчина среднего возраста и пожилой. Оба были в медицинских халатах и как раз снимали перчатки. Когда они приблизились, Кацураги резко ударил в нос сладковато-тухлый противный запах, который хоть раз чувствовал любой полицейский, но он изо всех сил постарался не подать виду.

– Меня зовут Одагири, я судмедэксперт. А это – профессор Химэмура. Он проводил вскрытие Кудзэ-сана, так что вы как раз вовремя.

Судмедэксперты, несомненно, тоже сотрудники полиции, но Одагири выглядел прямо как врач, возможно, потому, что изучал медицину в университете. И хоть рядом с ним стоял профессор Химэмура – настоящий врач, и лет ему больше, – Одагири вполне ему соответствовал.

– Это вы проводили экспертизу суперинтенданта[3] Кудзэ?

– Ну да. В отличие от Токио, в Канагаве судмедэкспертов можно по пальцам сосчитать. В тот день из специалистов присутствовал только я.

В этих словах были и ирония, и гордость, но в сочетании с мягкими чертами лица они прозвучали скорее как легкая жалоба.

– В любом случае вы же к нам приехали из Национального полицейского агентства или из токийского управления? Получается, это дело не так просто, как кажется?

– Нет, прошу прощения за недопонимание, в этот раз я приехал по личным причинам… Дело в том, что я многим обязан инспектору Цубакияме.

– Так он ваш начальник?.. И только поэтому?

Кацураги смущенно кивнул, на что профессор Химэмура слегка усмехнулся.

– Ради бывшего начальника превышать полномочия? Да вы редкий для наших дней персонаж! Даже если я вас прогоню и скажу, что лучше вам поехать домой, это ведь вряд ли на что-то повлияет. Но не могу сказать, что мне это не нравится. Проходите, если мы сможем быть полезными, то ответим на все вопросы, какие в нашей компетенции.

Все трое присели прямо на месте. Неприятный запах так и витал в воздухе, но было не время жаловаться.

– Во-первых, выстрел был совершен один, но с близкого расстояния. Он и стал причиной смерти. Пуля вошла под ключицей, задела грудину, потом пробила сердце. Вращаясь в теле, она разрушила соседние органы и застряла в пояснице. Боюсь, что смерть наступила мгновенно. Судя по степени окоченения тела и состоянию содержимого желудка, предположительно смерть наступила в интервале между двадцатью двумя часами пятого мая и полуночью шестого мая.

В этом описании присутствовал только один момент, за который можно было зацепиться.

– Подождите, пожалуйста. Пуля вошла в тело под ключицей, кроме сердца, разрушила и соседние органы и застряла в пояснице? То есть другими словами…

– Угол вылета пули – тридцать градусов! – уточнил Одагири.

– То есть получается, что в инспектора стреляли по диагонали сверху. Если принять в расчет, что выстрел был совершен с близкого расстояния, получается, что нападавший стрелял, глядя сверху на суперинтенданта Кудзэ, а тот сидел на земле.