Ее обеспокоенность удивила девушку. Но Аннабел решила, что здесь имели место не раздражение и гнев, а резкая потеря настроения.

– Наверное, он подумал, что именно так вы и скажете, – мягко произнесла она. – И поэтому мистер Кэмпион говорил аллегорически. По всей видимости, он боялся, что вы убьете его за пару слов о купленных перчатках.

Полли ничего не сказала. На языке вертелись какие‑то слова, но она не хотела произносить их вслух. Когда освещение в зале начало меркнуть, девушка взглянула на тетю и увидела, что ее голубые глаза потемнели от тревоги, а лицо, спокойное пару минут назад, напряглось. Вероятно, она прокручивала в голове сложившуюся ситуацию.

Аннабел погрузилась в сюжет фильма. Это была романтическая комедия о неожиданно возникшей страсти молодых людей. В кинокартине были прекрасные костюмы и веселые повороты событий, и это настолько поглотило внимание девушки, что Аннабел, казалось, улетела за несколько миров отсюда. В какой‑то момент она повернулась к безмолвной фигуре, сидевшей сбоку от нее, и поразилась тому, что увидела. Лицо тети Полли застыло в гримасе, ее взгляд был направлен на экран, но она, вне всяких сомнений, не замечала ничего из того, что там происходило. Миссис Тэсси выглядела очень старой и измученной.

Наконец свет ламп отвлек ее от навязчивых мыслей, и она, посмотрев на Аннабел, улыбнулась.

– Как тебе понравился фильм?

– Прекрасная кинокомедия. Такая милая. Немного глупый сюжет, но очень смешной. Я удивилась, что вы нашли его неинтересным.

– Это почему же? – немного испуганно спросила пожилая женщина. – Что заставило тебя так подумать?

– Потому что вас сморило от усталости, – со смехом ответила Аннабел. – Вы проспали весь фильм.

– Ты ошибаешься. Я размышляла.

Полли проворно взяла в руки сумочку.

– Нам лучше пойти, если ты не против. Мы сейчас поедем на ужин к миссис Доминик. И еще мне нужно кое‑кому позвонить. Ты не устала, деточка?

– Нисколько. Разве можно устать от кинокомедии? Вы даже не знаете, тетя Полли, как мне нравится кино. Это был один из лучших фильмов, которые я когда‑либо видела. А кто такая миссис Доминик?

– Сивилла? Моя старая подруга. Я знавала ее еще в ту пору, когда мы были юными девушками.

Ее голос снова потеплел.

– Перед Первой мировой войной они с мужем держали ресторан «Грот» на улице Аделаиды. Одно из лучших заведений в Сохо. Когда мы с Фредди приезжали в Лондон, то часто заходили туда, а она, проводя отпуск на севере, любила останавливаться у меня вместе с ребенком. Сивилла понравится тебе. Она очень умная и волевая, потому что в жизни ей часто приходилось принимать ответственные решения, но ты найдешь ее милой и остроумной женщиной.

– А что стало с мистером Домиником? – спросила Аннабел, которой понравилась эта фамилия.

– С Адрианом? Бедняга умер в тот же год, что и Фредди. Теперь Сивилла управляет рестораном вместе с сыном и его женой. Их штат состоит из верных и обученных работников. То, что у них готовят, – просто объедение. Тебе понравится.

– У меня уже слюнки текут.

Когда они сели в такси, Аннабел смущенно зашептала:

– Тетя Полли, я против таких чудовищных трат.

– Не волнуйся, девочка, – бесцеремонно ответила пожилая женщина. – Мне нужно повидаться с Сивиллой. Я поехала бы к ней, даже если бы тебя со мной не было. Мы с ней часто встречаемся по четвергам.

– Я говорю не о ресторане, а о такси, – шепотом пояснила Аннабел. – Я знаю, что вы обычно ездите на автобусе. Вы сами так сказали сегодня.

– Разве?

– Да.