– Черт подери, как это дрянь меня убьет? Она не осмелится на такое.

– У нее есть помощники, – ответила Маргарита. – Ее любовник здесь, вместе с ней.

Аристотель отрицательно покачал головой.

– Этот ничтожный леопардишка? Он едва может шнурки на своих ботинках завязать. Не говоря уже о том, чтобы убрать меня. Это просто глупо.

– Я тоже этого никогда не понимал. Но ребенком, услышав какой-то треск в этой комнате и придя сюда, я обнаружу тебя мертвым. А в кабинете мама и ее любовник будут смеяться над твоим убийством.

Но Аристотель качал головой, не веря в услышанное.

– А кто ее убьет?

Рен пожал плечами.

– Мне кажется, что Грейсон. Но я не знаю. Когда я пришел в себя после нападения ее любовника, они оба были уже мертвы. Я не заметил, чтобы кто-то прятался, и не обнаружил ни волоска от шерсти того, кто это сделал.

Устало вздохнув, Аристотель провел рукой по волосам и лицу. В его глазах светилась искренность, когда он посмотрел на Рена.

– Мне так жаль, что меня не было рядом с тобой, сын. Я думал, что у меня еще будет время, чтобы обучить тебя, поэтому и оставлял тебя одного так часто, когда ты был малышом. Я никогда не должен был игнорировать тебя.

Маргарита с уверенностью могла сказать, что эти слова очень много значили для Рена. И она была благодарна, что они с Реном вернулись в это время, и что он услышал их.

– Все в порядке.

– Нет, – сурово ответил его отец, – не в порядке. Я посвятил свою жизнь становлению компании, но меня не будет рядом, когда она станет процветать. Ты должен меня ненавидеть.

– Я никогда не испытывал к тебе ненависти, отец. Вовсе нет.

Аристотель протянул к Рену руки и заключил его в крепкие объятия.

Маргарита заметила, как это потрясло Рена, но потом он ответил на объятия. На ее глаза навернулись слезы и, протянув руку, она погладила его по спине.

– Я люблю тебя, Рен. И прошу прощения за всё, что я сказал или сделал, причинив тем самым тебе боль.

– Я тоже люблю тебя, папа.

Рен отошел и прочистил горло, но Мэгги все равно заметила, что его глаза блестели от слез.

Аристотель повернулся к ней.

– Надеюсь, ты хорошо заботишься о моем мальчике.

Она улыбнулась Рену.

– Я стараюсь. Но иногда он может быть очень несговорчивым. И не слушается.

От ее слов Рен закатил глаза и обратился к отцу:

– Сегодня после обеда Карина собирается встретиться с Грейсоном. Присмотришь за Мэгги, пока я буду следить за матерью?

– Рен… – проворчала Маргарита.

– Нет, Мэгги, – прервал он ее грозным и командным тоном. – Так будет лучше. Мне будет легче преследовать ее в одиночку.

– Упрямый баран!

Оба мужчины проигнорировали ее.

– Ради ее защиты я пожертвую жизнью, – пообещал Аристотель.

– Рен! – рявкнула она.

– Все в порядке, Мэгги. Правда. Я должен это сделать, – обхватив ладонями ее лицо, сказал Рен.

Маргарита не хотела его слушаться, но она видела, как он волнуется. Как боится за нее. И это глубоко тронуло ее.

Она перестанет глупо себя вести. С ее удачей их обязательно поймают. Слежка – не ее конек.

Каждый раз, когда она пыталась ускользнуть каким либо образом, ее ловили.

Мэгги протяжно, сердито выдохнула.

– Не смей оставлять меня здесь без тебя.

– Такого не будет, – Рен поцеловал ее в щеку и исчез прямо на их глазах.

Маргариту возмутил его поступок.

– Ненавижу, когда он так делает.

Его отец рассмеялся.