И Мун потянулся за телефонной трубкой.

— Стоп! Сегодня воскресенье.

— Благодарю вас, сержант, вы очень предупредительны. Но я звоню к нему домой.

— А я и говорю, что сегодня воскресенье.

— Ну и?..

— Воскресный гольф.

— А!.. Черт бы его побрал!..

Не успела трубка упасть на место, как тут же раздался звонок.

— Инспектор Мун. Кто говорит?

— Не кричите, инспектор… Это ваш добрый знакомый Джек Левша. Я как прочитал в газете, так сразу понял, что дело худо… Не стоило вам с этими коммунистами связываться. И вообще политика — грязное дело. Сейфы куда надежнее. Советую вам обратиться к профессору Миреджу — лучший психиатр. Наши ребята всегда с ним дело имеют, когда невменяемость нужна…

— Спасибо. Надеюсь, вы мне выскажете все это при встрече. В ближайшее время.

— Вот уж не могу обещать вам, инспектор. До сих пор у нас с вами были деловые отношения, но поскольку Вы сейчас не у дел…

Мун положил трубку.

— Вы уже поняли, кто звонил? Джек Левша. Рекомендовал своего психиатра. Почему-то упомянул газету!.. Посмотрите вы, Дейли, я, очевидно, даже для чтения газет больше не гожусь.

Дейли взял газету и сразу ткнул пальцем в первую полосу. Заметка была подверстана к сообщению об аресте Констанцио. И ее легко было бы пропустить, если бы не заголовок:

ТРАГИЧЕСКИЙ ИСХОД ДЕЛА СПИТУЭЛЛА

«Вчера, как раз перед началом пресс-конференции, на которой инспектор Мун собирался объявить присутствующим имя московского агента, убившего Спитуэлла, его постигло тяжелое несчастье: нервная система инспектора надломилась. Инспектор Мун пал жертвой своего служебного долга. Пытаясь проникнуть в азиатские хитросплетения агентов Москвы и порвать их сеть, инспектор Мун частично утратил ясность рассудка. Принимая во внимание, что надежды на скорое выздоровление и восстановление душевного равновесия не очень обнадеживающи, начальник полицейского управления мистер Лафайет вынужден был принять заявление инспектора об отставке. Учитывая выдающиеся заслуги инспектора, полная пенсия ему будет выплачиваться с этого дня, хотя полной выслуги у него еще нет. В лице мистера Муна наша полиция теряет одного из выдающихся детективов».

35

— Здорово сработано! — признал Мун. — Ну что ж, Дейли. Вот и не надо мне звонить Лафайету. Обоих нас выпроводили пинком под зад.

— Но вас-то ведь незаконно!

— Еще как законно. В тот раз, когда Лафайет отказывался освободить Пегги Морнинг, я написал заявление об отставке, ссылаясь на нервы и здоровье. Не все ли равно, когда дали ход заявлению?

Только тогда Джина поняла, что Сэм не шутит.

— И что же теперь будет? Ну зачем тебе надо было все это!

Мун погладил уже начинающие седеть волосы жены.

— А затем, что иначе я не мог. Не плачь, Джина! Все будет хорошо.

Джина всхлипнула и, закусив губу, быстро вышла на кухню.

— Ну и что же вы теперь будете делать, инспектор?

— Не знаю. Хотелось бы выяснить несколько вопросов. Зачем Троллоп пошел в банк за деньгами? Разве он не знал, что Пегги..

— Вот это-то как раз мне ясно. Прежде всего, сигареты «Симон Арцт» послал Пегги он. Я осмотрел его машинку — «ремингтон» 1956 года выпуска. Троллоп завсегдатай «Старого света». И хорошо знал Пегги Морнинг. Когда мы обнаружили фотографию, он понял, что рано или поздно мы выйдем на Пегги. Поэтому и спихнул египетские сигареты ей.