|
Существо тупо смотрело на Черити темными, полными ненависти глазами. – Не беспокойтесь, мисс Лейрд, – весело сказал Гартман, от которого, конечно же, не ускользнул ее испуг. – Эти клетки абсолютно надежны. В замешательстве Черити смотрела вслед тележке, пока та не скрылась за воротами большого ангара, бесшумно закрывшимися за ней. Только тогда Черити взглянула на Гартмана. – Вы ведь уже познакомились с нашими маленькими зверюшками-штурмовиками, – добавил Гартман. – Вашими – так вы сказали? – поразилась Черити. – Может быть, вам угодно другое название, – Гартман жестом предложил ей идти дальше. – Надеюсь, вы не относитесь к тем, кто с криком вскакивает на стол при виде мыши. У нас здесь внизу множество всяческих подобных бестий. – Но для чего? Гартман вздохнул. – Я же вам уже говорил. Нас здесь внизу довольно много. Как вы думаете, чем мы поддерживаем свое существование? – Он тихо засмеялся. – Не думаю, что… я понимаю, о чем идет речь, – медленно выговорила Черити. – Это наше творение, – ответил лейтенант. – Вы должны признать – хотя они не совсем симпатичны, но вполне нам удались. – Вы хотите сказать, что их создали вы? – с испугом спросила Черити. – В определенном смысле, – сказал Гартман. – Мы их, так сказать, немного изменили. Вы видели, как они обрушились на тварей, напавших на вас и ваших друзей в канализационной шахте? Черити застыла, не сводя взгляда с лейтенанта. Воспоминание о бешеной ярости, с которой крысы-мутанты ринулись на моронов, еще ярко стояло перед глазами. Она чувствовала ненависть, испытываемую крысами, ненависть такой интенсивности, что у нее при одном только воспоминании об этом побежали по телу мурашки. – Вы их изменили генетически? Гартман сделал вид, будто вдумывается в это слово. – Пожалуйста, не спрашивайте меня о деталях. Дело вот в чем: бестии не могут делать ничего другого, как только хватать тех, кто имеет больше четырех ног и происходит не с нашей планеты. – Невероятно, – пробормотала Черити. – Наоборот. Я всего лишь простой солдат, который ничему особенному, кроме стрельбы, не учился. Но парни из лаборатории утверждают: сделать это не составило особого труда. В последние десятилетия появилось много мутаций. Это, видимо, как-то связано с тем, что они делают с Землей. Отдельные виды приспособились, другие совсем исчезли, а крысы стали чуть-чуть крупнее и чуть-чуть хитрее. – Перестаньте разыгрывать простофилю! – рассердилась Черити. – Эти бестии разумны, Гартман. И вы чертовски хорошо это знаете. Гартман кивнул. – Еще одна причина натравить их на наших друзей из космоса, не правда ли? Они подошли к дому Крэмера. Гартман достал из кармана маленький пластиковый пропуск и просунул его в отверстие рядом с дверью, за которой их ожидали два вооруженных часовых. Генерал-майор принял их в маленьком кабинете, в котором Черити встречалась с ним и в первый раз. У него сидели Нэт и Скаддер. И хотя, когда вошла Черити, Крэмер и хопи сразу же прекратили разговор, она не усомнилась, что застала дискуссию в тот момент, когда она уже вот-вот могла перерасти в спор. Крэмер увидел ее, резко повернулся, посмотрев испытующим и почти враждебным взглядом, и показал на Скаддера. – Капитан Лейрд, – начал он командирским тоном, – вы, может быть, объясните вашему другу, что никто в данный момент не может покинуть станцию. |
