— Неважно, — отрицательно покрутил головой Дорохов. — Вы здесь, и я надеюсь, что с вашей помощью появится хоть какая-нибудь ясность в происходящем.

— Ничего не понятно, но очень интересно, — одними губами улыбнулся Николай. — Рассказывайте.

— Тут не рассказывать, тут показывать надо, — неожиданно смутился Дорохов и почему-то оглянулся по сторонам, а затем, понизив голос, добавил: — Пойдёмте со мной, вы там сами всё увидите.

И чекист повёл недоумевающих оперативников в совсем другую сторону от главного входа Центра управления полётами.

— А куда это мы? — буквально подпрыгнула Женька, сообразив, что столь желанная экскурсия, судя по всему, откладывается на неопределённый срок.

— В седьмую лабораторию, — не замедляя шага, ответил Дорохов. — У неё отдельный вход, и туда с улицы иначе попасть невозможно.

— А я думала, что у вас в ЦУПе что-то случилось, — с сожалением в голосе протянула Мезенцева, не обращая внимания на неодобрительные покачивания головой Николая.

— Да уж лучше бы там что-то произошло, — внезапно разгорячился чекист. — Там-то всё понятно, как реагировать, а вот с этой лабораторией с кондачка решить проблему сложно. Очень уж объект специфический.

— И что в нем такого специфического? — не отставала от чекиста Женька.

— Девушка, — в голосе Дорохова появились металлические нотки, — при всём уважении, есть вещи, которые лучше никогда не знать. Поверьте мне, спать при этом вы будете гораздо спокойнее.

— Нам для расследования может понадобиться вся доступная информация, — не успокаивалась Мезенцева, но чекиста её доводы не убедили.

— Доступную получите. — Сергей Михайлович остановился у неприметной металлической двери в длинном заборе. — Но не более того, и этот вопрос с вашим начальством был согласован отдельно.

Впрочем, Мезенцеву такие мелочи никогда не останавливали, что она и подтвердила многозначительным фырканьем. Дорохов же никак внешне на такое выражение эмоций не отреагировал, обращаясь уже к Николаю.

— Непосредственно в лабораторные отсеки мы заходить не будем, но всё равно объект специфический, поэтому постарайтесь ничего не трогать и любые действия осуществлять только после согласования со мной. Хорошо?

Нифонтов кивнул, впрочем, вопрос, скорее всего, был чисто риторический и не подразумевал хоть каких-нибудь возражений.

Судя по всему, оперативников и впрямь ожидала экскурсия в место, куда могут попасть только избранные. Ничем другим тройной кордон охраны объяснить бы не получилось.

К тому моменту, как они всё-таки зашли в кабинет, открытый ключом и проксимити картой Дорохова, их минимум дважды успели просветить рамками металлоискателей и ещё столько же раз внимательно прочитать текст служебных удостоверений. Количество камер в ярко освещённых коридорах и вовсе не поддавалось хоть какому-нибудь подсчёту, потому что все они были разнообразных конструкций и встречались буквально на каждом шагу. Причём некоторые висели не под потолком, а находились на уровне пояса или даже щиколоток оперативников.

Так что можно было констатировать, что по крайней мере в этой части подконтрольного Дорохову объекта с безопасностью всё в порядке. Впрочем, уже потом Николай подумал, что и разгильдяйство снаружи вполне себе может оказаться показным. Дескать, заходите, люди добрые, берите что хотите. И расслабившийся дурачок запросто попадётся в расставленные сети.

Профессионалы на подобные объекты просто так не заходят. Как правило, их появление готовится сильно загодя и практически всегда сопровождается вербовкой кого-то внутри нужного места. Так что с ними затеянный маскарад наверняка не прокатит, но так и профессионалы каждый день не появляются.