Либо Силия Деверо, его первая и единственная любовь, оказалась психически неуравновешенной особой, угрожающей со временем превратиться в опасную безумицу, а ее обвинения – плодом собственной больной фантазии.

«Вот такой простой выбор. Других вариантов быть не может. О господи!..»

Холден изо всех сил ударил кулаком в узловатый ствол бука, потом дрожащими руками достал еще одну сигарету, нервно прикурил и выпустил клуб дыма.

Разумеется, Дональд не сомневался, на чьей он стороне в этом споре. Он любил Силию. И его рассудок подсказывал, что девушка права. Спокойно, стараясь отрешиться от тоскливых мыслей, Холден твердил себе, что хорошо знает Силию как душевно здорового человека и верит каждому ее слову…

«А ты уверен?» – снова нашептывал дьявол.

Он был почти уверен, но в этом «почти» и заключалась вся сложность. Всю прошлую ночь и ранние утренние часы, сидя перед распахнутым окном своего номера в отеле, майор пытался сформулировать какое-то неуловимое и непонятное ощущение, приводившее его, человека обычно уравновешенного, в состояние близкое к бешенству. Наконец Дональд понял, что его возмущает всеобщее безразличие к рассказу очевидца. С Силией обращаются как с ненормальной, каждое ее слово воспринимается с подозрением. А ведь она ясно и подробно поведала о буйных ссорах между Торли и Марго, о замеченном в шкафу пузырьке с ядом и его исчезновении, о ночном переодевании в черное платье и сожженном дневнике. И все эти факты доктор Шептон снисходительно и насмешливо отбросил, как полный бред, даже не попытавшись найти им какое-то объяснение. Пусть иное, но все же объяснение. Даже если врач считал, что девушка галлюцинирует или бредит, все равно, хотя бы из соображений элементарной порядочности, он должен был попробовать непредвзято разобраться! Холден вдруг вспомнил, как однажды его друг, известный адвокат Фредерик Барлоу, упомянул о некоем поразительно гениальном джентльмене по имени Гидеон Фелл. Вот если бы…

Бессознательно снова прислонившийся к дереву, погруженный в глубокие раздумья, Холден вдруг услышал оклик. Подняв глаза, он с удивлением заметил мисс Дорис Локи.

Дочь Дэнверса Локи стояла почти по колено в густой траве и озорно улыбалась. Однако улыбка ее быстро увяла. Мужчина и девушка смерили друг друга оценивающими взглядами. Дон припомнил, что Дорис приехала из Лондона в одной машине с Силией и Торли, и сообразил, что она уже наслышана о событиях прошлой ночи.

Девушка подошла, шелестя подолом голубого платья по траве. В лучах заката ее старательно уложенные волосы отливали золотом. Пухлое личико Дорис было совсем детским, но округлые формы принадлежали зрелой женщине. Она старалась выглядеть весело и беззаботно, но за этой искусной маской Холден с удивлением заметил скрытую напряженность.

– Здравствуйте, Дон Угрюмо! – дерзко заявила она.

Дональд улыбнулся:

– Здравствуйте, миссис Пирси!

Девушка удивленно посмотрела на него, прищурив глаза, потом рассмеялась:

– Это вы о прошлогодней вечеринке, когда я играла убийцу? Говорят, у меня неплохо получилось. – Дорис не без самодовольства оглядела себя. – Мы веселились на Рождество, как раз в ту ночь… – Она умолкла.

– Да, – продолжил Холден без видимого интереса, – как раз в ту ночь умерла Марго.

– Печально, правда? – небрежно проронила собеседница. – А вы когда приехали?

Майор изучал ее взглядом.