– Мистер Торли Марш?

Торли, бледный как полотно, но снова выглядящий флегматичным, кивнул.

– Сэр Дэнверс Локи?

Локи улыбнулся, отвесив легкий поклон.

– А вы… э-э… видимо, будете мисс Дорис Локи?

Дорис, украдкой смахнув слезу, пробормотала что-то невнятное, ошеломленно глядя на эту внезапно выросшую над нею глыбу.

– Ага! – воскликнул доктор, довольный своей сообразительностью, потом обернулся к Холдену и вдруг разразился смехом.

В недрах его огромной туши зародилось утробное кудахтанье, постепенно переросшее в небольшое землетрясение. От громового хохота пепел, покрывавший верхнюю часть жилета, рассеялся, окружив фигуру пыльным облаком, а очки в роговой оправе подпрыгнули на носу. Лицо Гидеона Фелла побагровело, глаза увлажнились, а из гигантской утробы продолжали доноситься все новые и новые раскаты. Эффект был такой же, как от записанного на пластинку смеха, к которому всегда присоединяешься, сам не зная почему.

Холден, готовый присоединиться к хохоту незваного гостя вместе с Дорис и ее отцом, все же сумел спросить:

– Неужели я так смешно выгляжу?

Доктор Фелл умолк. На лице его возникло озадаченное выражение.

– Сэр, – с неподдельным огорчением проговорил он, с трудом переводя дыхание. – Я прошу простить меня! Я действительно прошу прощения!

И он рассыпался в преувеличенно многословных извинениях. Видимо, доктор Фелл придавал немалое значение человеческим чувствам. Положив шляпу и одну из тростей на столик, он нащупал съехавшие очки и водрузил их на нос.

– Ведь вы… э-э… поймете мое состояние? – обеспокоенно обратился он к Дональду. – Этот прискорбный инцидент произошел только потому, что вы, сэр, неосознанно помогли мне завершить кое-что… Клянусь древними развалинами Афин!.. Я не мог поверить в такую удачу! Видите ли…

– Послушайте, что все это значит? – вмешался Марш.

Доктор Фелл, опираясь на трость, придвинулся к нему:

– Да, да, сэр! Позвольте объяснить вам причину этого внезапного вторжения.

– Ничего страшного, даже рад вашему визиту, – поспешил уверить собеседника Торли, изобразив слабое подобие своей былой сердечной улыбки.

– Видите ли, – принялся вещать доктор Фелл, бесцельно прохаживаясь по галерее, – это уже не первый мой визит в «Касуолл». Когда-то я имел честь быть близко знакомым с покойной миссис Эндрю Деверо, которую, насколько мне известно, вы называли «второй мамочкой».

– «Вторая мамочка»? – пробормотал Торли.

Дону вспомнились загадочные слова Силии, произнесенные прошлой ночью: «Я не знаю, как мне теперь выпутаться. Есть только один надежный человек, старинный друг „второй мамочки“…» Возможно, она имела в виду доктора Фелла. Но Холден не успел обдумать эту идею, потому что Гидеон Фелл обратился прямо к нему.

Сунув руку в карман, доктор извлек оттуда листок, вырванный из маленькой записной книжки, и протянул его Дональду.

– Прежде чем мы… хр-р-р-р… продолжим беседу, – одышливо проговорил он со странным для такого рассеянного человека возбужденным блеском глаз, – не соблаговолите ли вы взглянуть вот на это послание и сказать, насколько верно его содержание.

– Прошу прощения? – ошеломленно произнес Дональд.