Однако глаза доктора Фелла говорили: «Вы должны довериться мне. Гром и молния, вы должны довериться!» Вид доктора был столь красноречив, что не было необходимости произносить эти слова вслух.

Дону тут же припомнились другие слова, написанные карандашом:

«Я не могу говорить в чьем-либо присутствии. Не затруднит ли вас с наступлением темноты сопровождать меня на кладбище в качестве свидетеля и присутствовать при отпирании склепа, чтобы проверить, не навещали ли его призраки?»

Кошмар снова становился явью. С другой стороны, Дональд понял, что у них с Гидеоном Феллом скоро появится общая тайна. Он вдруг с радостью осознал, что они стали союзниками. Доктор Фелл, видимо, выступает на его стороне, а тем самым и на стороне Силии.

А Дэнверс Локи продолжал:

– Доктор, каковы же ваши вопросы?

– Ах да! Как человек исключительно деликатный, – проговорил доктор Фелл, дернув к себе столик, с которого попадали головные уборы и трости собравшихся, – как человек исключительно деликатный… – настаивал он, не переставая рывками подтягивать к себе стол и уронив чудом не разбившуюся лампу, – я хотел бы подойти к этому вопросу с величайшей осторожностью.

– Разумеется, – согласился Локи, поднимая с пола лампу и возвращая ее на столик.

– Э-э… благодарю, – произнес Гидеон Фелл.

Все уселись в кресла лицом к говорящему вокруг столика, а Торли примостился на подлокотнике кресла Дорис.

Мрачное предчувствие разом одолело всех. Доктор выложил на стол конверт и, приложив пальцы к вискам, закрыл глаза.

– Я прошу вас припомнить тот вечер двадцать третьего декабря, когда вы играли в «убийцу».

– Почему вас интересует именно игра? – заинтересовался Локи.

– Сэр, давайте договоримся, что вопросы задавать буду я, – напыщенно ответил собеседник.

– Простите. Итак?

– Я хочу, чтобы все присутствующие, особенно вы, сэр Дэнверс, подробно обрисовали мне эту игру. Итак, ваши гости и члены вашей семьи надевают личины известных убийц. Сами вы выбираете себе стальную маску палача. Голубое мерцание спиртовой чаши-светильника высвечивает в полумраке мрачные лица.

В комнате воцарилась тишина, слышно было только шумное дыхание доктора Фелла.

– Насколько я понял, сэр Дэнверс, вы лично раздавали маски игрокам?

– Разумеется.

– В тот день вы впервые продемонстрировали гостям свою коллекцию?

– Да.

– По какому принципу вы раздавали маски? – спросил представитель полиции, не открывая глаз. – Не руководствовались ли вы хотя бы отдаленным сходством между участником игры и его персонажем?

Локи выпрямился в кресле и улыбнулся. Свет от лампы подчеркивал его посеребренные сединой волосы и выступающие скулы.

– Бог ты мой, нет, конечно! – смущенно воскликнул он. – Даже наоборот! И я готов подтвердить это!

– Да, пожалуйста, – кивнул доктор.

– Например, миссис Торли Марш… – Локи продолжал улыбаться, хотя все остальные поежились, словно в комнате появился призрак Марго. – Так вот, миссис Марш я собирался выдать маску старухи Дайер, но она отказалась. Марго захотела во что бы то ни стало играть Эдит Томпсон. И я даже догадываюсь почему. Миссис Томпсон, как известно, была редкостной красавицей.

– Да-да… – пробормотал Гидеон Фелл, на секунду приподнявший веки, для того чтобы бросить любопытный взгляд на своего собеседника.