Заметив дверной проём, я нырнул внутрь, где встретился с первым противником. Он был обычным человеком, а потому умер быстрее, чем успел что-либо понять. Удар раскрытой ладонью в грудную клетку попросту переломал ему рёбра и разорвал сердечную мышцу. К сожалению, размахивать мечами в узком пространстве — не самое удобное занятие. Здесь более эффективными как раз окажутся топоры Маркина.

На лестнице, что вела на второй этаж, где и расположились пулемётные точки, меня уже ждали. Как бы быстро я ни двигался, моё направление всё же возможно просчитать. Да и времени, чтобы подготовить засаду, тоже достаточно. Я хоть и витязь, но всё же не бессмертный, а потому напролом не ломился и иногда замирал, оценивая обстановку за углом.

Бойцы, что на нас напали, хоть и имели опыт боевых действий, но до моего, выработанного в реальных сражениях и отточенного в мире, заполненном бесами, им было как до Пекина раком. Плюс всё это помножено на умения витязя и как следует сдобрено знаниями предков. Мне даже в медведя перевоплощаться не пришлось.

Первого бойца я снял из пистолета прямо через узкий промежуток между лестничным маршем. На это ушло всего две пули. В ответ мне прилетели аж три гранаты, чтобы я наверняка не успел вернуть их противнику. Но я и не собирался прикасаться к ним руками. Энергии в этом мире было достаточно, чтобы я смог вновь исказить пространство. В итоге все три гранаты вернулись обратно, упав на бойцов буквально с потолка.

— Бойся! — раздался рёв, которому вторил топот тяжёлых ботинок, но было слишком поздно.

Трижды друг за другом грохнули взрывы, обдав мою голову горячим воздухом и крошевом из штукатурки. Засвистели осколки, раздался чей-то вопль, переполненный болью. А я уже летел вверх по лестнице, на ходу контролируя всех, кто попадался на глаза. Пулемётчика я обнаружил у окна, что выходило во внутренний двор недостроя. Его спина превратилась в кровавое месиво, но я всё равно не пожалел на него пулю. Всё, здесь я закончил, а судя по тому, что оружие слева тоже замолчало, Рус успешно убрал свою огневую точку. Но оставалась ещё одна.

Надеюсь, местный Маркин жив, потому как у меня к нему очень много вопросов. И самый основной: кто заказчик? Со стражем мы договорились, Баала больше нет, и я в этом уверен на двести процентов. Но тогда кто⁈ Неужели приказ о нашем устранении до сих пор движется по цепочке его сторонников?

Верится с трудом. Как правило, без головы вся структура рассыпается прахом. А здесь всё очень тщательно спланировано, будто босс лично присматривает за исполнением приказов.

Впереди раздалась стрельба. Похоже, Маркин меня опередил. Впрочем, ничего удивительного, с его стороны ко второй позиции стрелков практически прямой доступ. Мне же пришлось пробираться какими-то закоулками.

Когда я прибыл к месту схватки, всё было уже кончено. Рус уже доставал топор из затылка последнего противника.

— Долго ходишь, — с ухмылкой подковырнул меня он.

— Поговори мне ещё, — усмехнулся в ответ я. — Твой двойник вообще предатель.

— Нормально! А я здесь каким боком виноват?

— Чтоб жизнь мёдом не казалась. Дуй к близнецу и по возможности оставь его в качестве языка. Я пойду Коляна проверю.

— Принял, — кивнул приятель и перемахнул во двор прямо через окно.

Высота здесь всего метров шесть, для витязя это не проблема. Но я не стал следовать его примеру и спокойно спустился по лестнице.

Глава 17

Последний рубеж

Колян выглядел очень плохо. Взрывом ему повредило внутренние органы, плюс при сканировании я обнаружил неслабую гематому на мозге. Уж не знаю, от чего именно эти последствия, швырнул я его тоже хорошо. Но всё это было поправимо, разве что требовало некоторого времени.