— Ему в больницу надо, — заключил отец Евгений.

— Отличное решение, — усмехнулся я. — Сейчас, только скорую вызову.

— Или резать, — проигнорировал мой сарказм он. — Иначе всё это воспалится, и он умрёт.

— Н-не надо р-резать, — тут же побледнел Славка.

— А я вам говорил! — всё же не смог сдержать кипящее дерьмо Виктор. — Не нужно было его трогать.

— Закрой пасть! — взвился Мишка, — Заткнись, урод! Или я тебе сейчас весь ебальник расшибу!

— Тихо, дружище. — Я перекрыл собой подступ к Виктору. — Успокойся, давай без лишних жертв обойдёмся.

— Да он заебал уже! Вечно лезет со своими тупыми советами! Это ему не так, то не эдак, а как до дела, так первый в кусты.

— Ну не всем же такими деловыми быть! — вступилась за мужа Лена. — Что вы к нему цепляетесь?

— Да потому что он обуза! — даже не подумал успокаиваться Мишка. — Мы его кормим, поим, жопами своими рискуем, а от него только критику слышно. То каша слишком сухая, то слишком горячая!

— Заткнулись все! — проревел я во всю мощь лёгких. — И уши прикрыли, пока друг друга убивать не начали.

— Бесы здесь ни при чём… — попытался продолжить Мишка, но, поймав мой взгляд, замолчал и прикрыл уши руками.

— Отец Евгений, вы точно не сможете его вылечить? — обратился к священнику я.

— С чего вы взяли, Сергей, что я на это способен? Я ведь не доктор, а скромный служитель церкви.

— Знаю я одного, тоже скромного, так он из меня осколок извлёк, даже руками не касаясь.

— Это минимум уровень пятой ступени. Мне подобные знания пока недоступны. Максимум, что я могу, — это немного облегчить боль.

— Я согласен. — Славик протянул ему синие пальцы.

Отец Евгений кивнул и принялся водить над его руками своими. Он прикрыл глаза и тихонько что-то бормотал себе под нос. Прошло минут пять, прежде чем он отстранился и смахнул рукавом выступивший на лбу пот.

— Помогло, — растянул бледные губы в улыбке Славик. — Может, оно само как-нибудь, а? Не надо рубить… пожалуйста.

— Тогда ты умрёшь, — не стал облегчать ему жизнь священник. — Да и боль скоро вернётся.

— У нас таблетки есть, — напомнил Маркин. — Обезбол и антибиотики. Но я согласен, такое точно не заживёт.

— Можно я с ним поговорю? — выступила немного вперёд Светка, жена Славика.

Всё это время она молча наблюдала за суетой. Впрочем, она и была немногословна. Мы иногда даже забывали о её существовании. Даже сейчас, когда её мужу, можно сказать, самому близкому человеку было очень плохо, она сохраняла хладнокровие.

— Дорогой… — Светка присела перед мужем на корточки. — Ты ведь понимаешь, что умрёшь, если мы не ампутируем пальцы. А я не хочу оставаться одна. Ну что ты как маленький, в самом-то деле? Их же отрубят не все. Вон, дед мой всю жизнь с двумя пальцами прожил, и ничего.

— Думаешь? — как-то неуверенно переспросил он.

— Да что тут думать? Какие-то пальцы или жизнь? По-моему, выбор очевиден.

— Хорошо, — кивнул Славик. — Только дайте вначале таблеток.