|
Бывало даже, стреляли. Сейчас, конечно, так борзеть никто не позволит, но я и не собирался сильно шуметь. Едва машина замерла, я чуть дальше просунул руку и взял мента на удушающий. Здесь главное — не перестараться. Основная задача перекрыть доступ крови к мозгу, а главное — вовремя понять, когда стоит ослабить хватку. Ведь убивать этих двоих я не собирался.
Напарник водителя всё ещё пребывал в отключке, но вот-вот готов был очнуться, поэтому я начал с него. Всё-таки есть плюсы в том, когда берёшь в заложники представителей закона. Шутка, конечно, однако наличие наручников сильно облегчает задачу. Напарника я спеленал сразу, как положено, а водителя пока пристегнул к рулю, чтобы не дай бог дел не наворотил.
Но, как оказалось, этого и не требовалось. Я успел перетащить тело напарника и вернуться к машине, а водитель всё ещё находился в отключке. Дальше я повторил процедуру уже с ним и перетащил к первому. Рацию в машине выключил, чтоб лишнего шума не создавать, на всякий случай обыскал и перенёс трофеи к пленным. Потом буду разбираться, что с собой прихватить, а что оставить. К слову, обоих полицейских я тоже тщательно обчистил и все вещи свалил в одну кучу.
Пока возился, первый уже пришёл в себя. Я давно это заметил, но заострять внимания не стал. К тому же он наблюдал за моими передвижениями молча, наверняка силился рассмотреть хоть что-то в кромешной тьме. Это мне хорошо: зрение перестроилось, и я прекрасно ориентировался. Даже открытые, полные страха глаза полицейского видел.
Покончив с рутиной, я уселся перед пленными на пол, скрестив ноги, и некоторое время молча рассматривал обоих. Второй тоже очнулся, но предпочитал изображать отключку, опять же, скорее всего, из-за страха. Даже интересно, что такого обо мне наговорили, что они оба трясутся, как пойманные зайцы. Ну это ладно, к делу отношения не имеет.
— Итак… — начал было я, но напарник водителя не дал мне продолжить.
— Я всё… Я скажу, только не убивай… не над… — запинаясь, затараторил он. — Отпусти… я никому не скажу… чес… честно…
— Ты уж определись, родной, всё скажешь или ничего? — усмехнулся я.
— Всё скажу… всё…
— Маркин где живёт?
— В квартире, подведомственное жильё.
— Адрес.
— Карла Маркса сорок четыре, квартира пять.
— Это в двухэтажках гнилых, что ли?
— Да, да, на втором этаже налево.
— Ясно, — буркнул я и поднялся на ноги. — Ладно, живите, к утру вас какие-нибудь бомжи найдут, позвонят, куда следует. Всё ваше барахло в багажнике запру, чтоб у них искушения не было.
— Тебе пизда, понял?! — снова подал голос водитель. — Живым ты из города не выйдешь. Лучше сам в отдел приходи, иначе…
Договорить я ему не дал. Точным ударом ботинка отправил в очередное забвение. Но в чем-то он прав. Я в розыске, к тому же наверняка с припиской «особо опасен», а значит, стрелять будут без предупреждения. Но это если найдут. А я пока попадаться не собираюсь. С завтрашнего дня в городе однозначно поднимется шухер, да ещё какой. Снова перекроют все дороги, возможно, даже вертолёт из области пригонят. Но я надеюсь, что к тому моменту буду уже далеко. А там что-нибудь придумаю.
На всякий случай, чтоб оба архаровца не поднимали шум, завязал им рты, предварительно набив их каким-то тряпьём, которое обнаружилось в багажнике. Ещё раз проверил, насколько хорошо они связаны и что поблизости нет ничего, способного помочь им освободиться. После чего уже со спокойной душой покинул территорию завода. При этом с большим трудом поборол искушение воспользоваться машиной. |