|
Пока нам было известно лишь несколько точек с выжившими, что расположились в том же районе. Больше всего меня волновала бывшая общага. По словам Михаила, в ней остались запертыми около сотни человек. Да, сейчас их судьба неизвестна, связь пропала, и никто с уверенностью не может сказать, живы они до сих пор или уже нет. Точно известно, что ни бесы, ни псы к ним не войдут, но исходя из последних событий, люди уже могли перебить друг друга, как мы совсем недавно.
Часть выживших пряталась в старом заводском цехе. В момент нападения бесов мужики трудились в ночную смену, что и спасло им жизнь. Цех стоял на каком-то древнем фундаменте, хотя сам был выстроен не так давно. Исходя из этого, я вдруг подумал, что под защитой вполне могут оказаться люди даже в новостройках. И этот вопрос стоит изучить как следует. Возможно, подавляющее большинство построек в историческом центре способно дать нам укрытие. Жилых помещений там практически нет, по бо́льшей части весь он состоит из администраций, банков и всевозможных магазинов. Жаль, что мы не знаем наверняка, где получится рассчитывать на стены, а где нет. Всё это придётся изучать методом научного тыка, рискуя жизнями. А пока будем отталкиваться от того, что уже имеем. И картина выходит вполне себе приятная.
Убежища расположены не далее чем в двух километрах друг от друга, и если передвигаться между ними на рассвете, вполне получится наладить безопасное сообщение. Странно, почему люди сами об этом ещё не догадались? Хотя страх — дело такое. Плюс неразбериха и отсутствие понимания происходящего. Опять же, бо́льшая часть выживших состоит из мирного, гражданского населения. То есть в критических ситуациях вряд ли способного размышлять здраво и холодно.
— Вот здесь магазинчик районный, — ткнул пальцем в экран навигатора Михаил, — Рустам как раз в него за продуктами бегал. Там слева та самая общага, метров восемьсот до неё.
— Угу, — кивнул я и поставил маркеры. — Ты мне вот что скажи: как вам выжить-то удалось?
— Да как… — тут же замялся бывший ВДВ-шник. — Хрен его знает — повезло.
— Иначе и не скажешь, — усмехнулся я. — Особенно если судить по тому, что в вашем доме творилось. Кажется, там всего паре человек удалось подъезд покинуть? Но дальше пяти метров никто не ушёл.
— Там бойня была. — Михаил потупил взор. — Всё — как один сплошной кошмар. Я даже не помню, как мы до храма добрались, очнулись уже здесь.
— Не помнишь, значит? — задумчиво пробормотал я. — А с остальными что? Тоже провалы в памяти?
— Типа того, — пожал плечами он.
— Ясно. А священник уже здесь был?
— Не знаю… наверное. Да тебе проще у него самого спросить. Отец Евгений, можно вас на разговор?
— Да, я ведь ничем особо не занят, — сразу подошёл тот. — Будет здорово, если и мне дело найдётся.
— Я подумаю, — всерьёз ответил я и перешёл к вопросам: — Скажите, а вы уже находились в храме, когда к вам выжившие пришли?
— Да, я здесь уже вторую неделю живу. В доме ремонт затеял, а там шум такой, что никакого покоя. Да и мусора много. Я здесь человек новый, меня совсем недавно в область перевели, повысили, стало быть. А квартира от старого батюшки досталась, очень уж в ветхом состоянии.
— Я понял, — остановил я причитания священника. — Вы их сами внутрь запускали?
— Ну а как? Не оставлять же людей в беде?
— Ничего странного в них не заметили?
— Я не совсем вас понимаю, Сергей, — ответил отец Евгений, но тем не менее взгляд отвёл. |