– Вот, – шёпотом огласил любитель значков и протянул мне увесистый мешочек. – Триста штук. Советские, как просили. Давай деньги!

– Погоди, не торопись, – я взял мешок и, развязав, принялся пересыпать значки. – А это что? Я же сказал, никакой жести! Если там больше десяти процентов такого говна, цена упадёт вдвое. А найду больше тридцати – заберу так, аванса вам хватит.

– Ты это… не наглей, – было видно, что фарцовщику очень хочется побыстрее оказаться подальше, но и без денег он оставаться не хотел. – Л-ладно, давай семьдесят и забирай.

– Пятьдесят. – Не то что мне было жалко денег, но, если уж клиент поплыл, надо было дожимать. – Да или нет?

– Чёрт с тобой, давай! – фальцетом взвизгнул фарца и, выхватив у меня из руки купюры, галопом скрылся во дворах. Мы не успели проводить его недоумённым взглядом, когда появилась причина его беспокойства.

– Сержант Петренко, РОВД по району Арбат, – со стороны улицы показались пара пэпээсников, и они точно знали, к кому надо подойти. – Документы предъявляем, сумки показываем.

– На каком основании? – я уже понял, что попался на разводку. – Личный досмотр сотрудники милиции обязаны проводить в присутствии понятых. А девочек вы вообще не имеете права трогать. Так что давайте разойдёмся по хорошему.

– Ты смотри, Ермек, какая фарца наглая стала, – заржал сержант Петренко. – Законы знает.

– Фарцовка, то бишь спекуляция, это перепродажа товара с целью наживы, – я криво усмехнулся. – А я купил значки для личного пользования.

– Ну да, – теперь заржали оба мента. – А сумки с лейблами у вас тоже личные, да?

– Не поверите, но так и есть, – я как можно добрее улыбнулся. – Но спорить с вами нам не с руки, поэтому предлагаю сразу подключить тяжёлую артиллерию. Одну секунду, позвоню.

– Э, мля! – Воздух вспорол быстрый удар дубинкой, и я чудом успел отдёрнуть руку с телефоном. – Ну-ка трубу убрал! Быстро, я сказал!

– Шо, Петро, никак жуликов поймал? – из дворов показалось четверо крепких парней, лет двадцати пяти – тридцати, чей прикид и пальцы в наколках не давали усомниться в сфере деятельности. – Да на моей земле. А ведь Господь завещал делиться.

– Слышь, Шалый, не быкуй, – тут же посмурнел сержант. – Они задержаны по закону…

– Вообще-то по закону вы не имеете права нас задерживать, поскольку нам всего шестнадцать, – перебил я мента. – И да, не стоит такими сальными глазами смотреть на моих спутниц. Они вам не по зубам. Серьёзно, вы себя огромных проблем лишите, если сейчас дружно свалите на хрен в закат.

– Заткни хайло, щегол, – сплюнул на землю один из бандитов. – Нет такого лохматого сейфа, что я вскрыть не сумею, правда, братва!

– А, ну раз вы так ставите вопрос, – я понял, что ни менты, ни бандиты не намерены были упускать жирную добычу, и решил взять дело в свои руки. – Сонь, подержи.

– Слышь, стоять! – рядовой Ермек снова попытался стукнуть меня дубинкой, но я уже поставил пакеты на землю, а телефон перебросил Сикорской, так что без труда уклонился, одним скользящим движением зайдя ему за спину. – Стоя-х-х…

Мент хоть и был Разрядником, но одного «Шока» ему хватило, чтобы отправиться отдыхать. Как и его напарнику, не успевшему среагировать на произошедшее. А вот братки словно ожидали моей атаки и тут же разделились, ловко беря меня в кольцо.