– Соня, – пикировка девчонок меня забавляла ровно до того момента, как прозвучали эти слова. – Ты…

– Чего?!! – Вера вскинулась как от удара. – Ты чего несёшь, овца?!

– Того! – на лице у Сикорской расцвела улыбка победительницы. – Ты, видимо, не знаешь, но Семён твой брат. Двоюродный. По маме.

– Что за бред… – Вера в шоке уставилась на меня. – Это же бред!

– Сикорская! – мне уже было далеко не смешно, но Софью было не остановить.

– Его отчество Павлович, – беловолосая стерва откинулась в кресле. – У тебя же был дядя, Павел, погибший в Корее. Герой Советского Союза, все дела. Так вот, у него была гражданская жена. И сын.

– Ты перешла все границы. – Угрозы в моём голосе хватило бы, чтобы запугать банду байкеров, и София тоже прониклась, наконец, заткнувшись, но уже было поздно.

– Семён, это же неправда? – На меня уставились два огромных глаза, подёрнутых влагой. – Ты же не…

– Да, формально я твой двоюродный брат, – отрицать очевидное было глупо. – Но только биологически. Ваша семья не признала ни мою мать, ни меня. Я тоже не считаю вас родственниками, поэтому можешь голову себе не забивать. И да, Вер, ты симпатичная девушка, даже я бы сказал красивая, очень. Фигура, ножки, лицо, всё как надо, на пять с плюсом. Но в ближайшее время я к отношениям не готов. Я ещё не нагулялся, и говорю это прямым текстом всем своим девчонкам. Погулять, расслабиться – запросто, но серьёзные отношения не для меня. А тебя ведь не устроит быстрый перепихон где-нибудь в подъезде.

– Что?! – опешила девушка, а потом скривилась от омерзения. – Конечно нет! Мерзость! Я не такая!!!

– Ну вот, а я такой, – было противно говорить такое, но Вере сейчас нужно было показать свою худшую сторону, чтобы наверняка убить любые зачатки симпатии. – Поэтому для всех будет лучше забыть друг о друге.

– Нет! – подумав пару минут, Вера вдруг вскинулась. – Я не согласна! Если ты сын Павла Дмитриевича, то это неправильно! Я… я прямо сейчас позвоню деду…

– Будто он не в курсе, – хмыкнула Сикорская и заткнулась, натолкнувшись на мой злобный взгляд.

– София, если бы я не дал слово твоему отцу, я бы прямо сейчас взял тебя за шкирку и выкинул на хрен из автобуса, – я постарался успокоиться, но в душе бушевало пламя. – Или утопил бы в ближайшей луже. Но раз я не могу этого сделать, очень прошу, закрой свой прелестный ротик, или всё же я плюну на все договорённости и сделаю то, чего мне очень хочется.

– Да пожалуйста. – Софья вспыхнула румянцем, схватила свою сумку и убежала вглубь автобуса, а я медленно выпустил воздух через сжатые зубы.

– Значит, дед в курсе, – как-то потерянно-обречённо прошептала Вера.

– Да, у меня был с ним разговор, – я понимал девушку, сейчас у неё рушился весь мир, в котором есть честный и справедливый дедушка-генерал, который всегда стоит на страже семьи. – Подробности сам расскажет, если захочет. Но по факту мы с вами чужие люди. Меня это устраивает полностью.

– Я вспомнила тебя! – вдруг ткнула в меня пальцем Вера. – Это ведь ты тогда на кладбище был и Ваньке навалял. Он потом неделю огнём плевался, пока опять в училище не уехал.

– Было такое, – я кивнул. – Сам виноват, нечего людей руками хватать. А ты, кстати, милицию грозилась вызвать.

– Я думала, вы воры, – покраснела девушка и упрямо посмотрела на меня.