Правда всё это я рассмотрел позднее, а пока нас, поделив по возрастам, загнали в дворики перед корпусами. Теперь детей предстояло распределить по отрядам. А затем по отрядам внутри отрядов. Да, с фантазией у советских руководителей было не очень, поэтому на местах пытались хоть как-то это компенсировать названиями. Например, «Солнечный» имел четыре корпуса, в которых располагалось двенадцать отрядов. Каждый из них имел название месяца, «Июнь», там, или «Ноябрь», что нашло отражение в отделке помещений. И дети внутри этих отрядов, или по сути блоков, делились ещё на три отряда поменьше, уже имеющих специализацию, профиль, как говорили здесь, или остающиеся многопрофильными, то бишь без специализации на чём-то одном.

Вот именно по этим отрядам нас и делили. Желающих заняться туризмом, стать моряком или кем-то ещё было хоть отбавляй. Количество желающих никак не вмещалось в размеры, так что то и дело то тут, то там слышались всхлипы неудачников, постеснявшихся пролезть вперёд или которых тупо затолкали более шустрые ровесники. Впрочем, вожатые бдели, и на моих глазах пару человек вписали в профиль на основании имеющихся у них наград и грамот за это направление, выкинув оттуда тех, кто подобным похвастаться не мог. Я же сидел мышью и не высовывался, несмотря на то что ловил на себе взгляды вожатых профилей «Альфы» и «Энергии». Но нет, ребята, без меня.

Как и планировалось, я успешно пересидел распределение, попав в самый последний отряд, куда собрали всех, кто не прошёл в профили. И словно в насмешку туда же угодила Сикорская. Честно говоря, меня это ничуть не обрадовало. Я надеялся в лагере снять с шеи это ярмо, отдав его на откуп воспитателям. Но не получилось, не срослось. Причём я не понял, сделала она это специально или же просто не нашла направления по душе. Вожатые как минимум трижды спрашивали, хочет ли она в профиль, яркая, красивая, беловолосая девочка явно привлекала внимание. И на тебе, София попадает в самый отстойный отряд, куда собирают остатки тех, кто никому не нужен. Любопытно, но мой взгляд девушка проигнорировала. Да и бес с ней. Если это она специально, то сама себе злобный Буратино. Пусть даже не приходит жаловаться. А пока мы скучковались каждый с вожатым своего отряда и приступили к знакомству.

– Меня зовут Полина, и мы с Русланом… – девушка ткнула рукой в сторону стоящего рядом парня, лет двадцати, который мне сразу не понравился, – будем вашими вожатыми. А теперь давайте познакомимся и выберем актив отряда. Нам нужен будет знаменосец, горнист, барабанщики, комсорг отряда, ну и с остальными определимся по ходу. Давайте начнём, кто хочет быть первым?

– Ну давайте, смелее! – видя, что никто особо не рвётся, Руслан решил нас приободрить. – Вы же приехали сюда, в лучший лагерь в мире, не для того, чтобы сычами сидеть, а чтобы дружить! Ну?! Чего вы как булки?! Активнее, активнее! А то так и останетесь неудачниками по жизни.

Как по мне мотиватор из вожатого вышел так себе, особенно последняя фраза про неудачников заставила даже Полину на него зло зыркнуть. А пара детей, из тех, кто сильно рвался в профиль, но им мест не досталось, хлюпнули носами. Честно говоря, если бы Руслан продолжил нести чушь, я бы мог и не сдержаться. Конечно, было бы неприятно, если бы меня выгнали из «Артека» в первый же день за избиение воспитателя, но хоть душу бы отвёл. Таких мудаков надо учить жизни, не зря он мне с первого взгляда не понравился. Но на этот раз придурку повезло, потому что Сикорская вдруг подняла руку.

– Быть первым всегда страшно, – Соня стрельнула глазами в вожатого, показывая, что, мол, мы не неудачники, просто кто-то должен был начать. – Давайте я попробую. Меня зовут Софья Сикорская. Шестнадцать лет. Я из Новосибирска. Люблю читать, шоколад и котят. Они такие… миленькие.