Решение оказалось до обидного неверным.
– Сергей Владимирович, добрый день. Моя фамилия Корниенко, я представляю ЗАО «Союз».
Голос у Корниенко был несолидно высоким. Сергей подумал, что Наташа все-таки молодец – сразу указала на то, что звонящий – Николай Иваныч, а то бы блукал я минут десять в вопросах половой идентификации.
– Да я понял, спасибо. Вам Агафонов подсказал?..
– Ну, в какой-то мере. Скажите, пожалуйста, Сергей Владимирович, вы получили наше письмо?
– Какое?
– Письмо ЗАО «Союз», посвященное проблемам использования юридически защищенного номинатива, – терпеливо сказал Корниенко.
– Да нет вроде. А когда вы отправляли?
– Мы, Сергей Владимирович, отправляли письмо с уведомлением в конце прошлого месяца и уже получили уведомление о получении.
– А, ну тогда пришло, конечно. Странно, что я не видел. О чем там хоть, напомните вкратце.
– Там юридический вопрос...
– Все, понял, – перебил Сергей. – Было какое-то письмо, моя... мой секретарь его сразу юристам спихнул. Я же сам не юрист, понимаете?
– И каково решение вашего юриста?
– А что юрист, юрист решений не принимает. Решение-то я принимаю, понимаете? А он советует.
– И что он посоветовал? – Кажется, Корниенко совершенно не умел возмущаться и не велся на мотание бычьего хвоста.
– Да не знаю еще. Он не докладывал пока.
– Хорошо. Сергей Владимирович, я возьму на себя смелость указать на то, что мой доверитель предложил вам решить возникшую проблему во внесудебном порядке и выделил для этого один календарный месяц.
– Се-екундочку! – пропел Сергей, вставая, но Корниенко продолжал нудным донельзя тоном:
– Моему доверителю представляется, что это вполне достаточное время для того, чтобы как минимум сверить позиции. Мой доверитель исходил из того, что любой добросовестный контрагент, обнаружив, что вольно или невольно нарушил юридически защищенные права третьего лица, поспешит исправить создавшуюся ситуацию.
– Так. Николай Иваныч...
– Если этого не происходит, можно говорить либо о недобросовестности, либо о легкомысленности собеседника Моего доверителя, по его собственному выражению, не колышет, с чем именно мы имеем дело в каждом конкретном случае.
– Да в каком случае, ё-мое? – воскликнул Сергей, мгновенно вспотев.
– Поэтому я вынужден уведомить вас, что ЗАО «Союз», обладающее исключительными правами на коммерческое использование устойчивого сочетания «Советский Союз», а также производных от него, на территории Российской Федерации и за ее пределами, направляет в московский арбитраж иск к ООО «Союзторг-Восток» с требованием прекратить контрафактное использование чужой торговой марки и компенсировать ущерб, нанесенный действиями вашей компании.
– И какой ущерб? – поинтересовался Сергей, сев и откинувшись на спинку кресла. Холодная рубашка неровно прилипла к спине.
– Сергей Владимирович, вы действительно даже не заглянули в письмо?
– Да говорю же вам – нет. Я, между прочим, женился три недели назад, мне вообще...
– Мои поздравления и, наверное, соболезнования.
– Хамить не надо.
– Я не хамлю, Сергей Владимирович. В самом деле, почитайте наше обращение, там все написано. Копия иска придет вам, думаю, через день-два. Всего вам доброго.
– Стоп. Слушайте, как вас там, Корниенко. Я сейчас письмо посмотрю и перезвоню вам. Номер только скажите.
– Сергей Владимирович, вы все найдете в письме. Успехов вам.
И положил трубку.
Сергей подержал свою в руке, подумал и, не отрывая согревшейся спины от кресла, метнул ее на рычаг. |