Пришлось разобрать целую гору трупов внизу, чтобы выбрать все узелки с лутом, обыскать ближайшую территорию на наличие монет Алчности. Но улов стоил того.

По итогу в холле набралась целая гора ништяков, пока ещё даже не раскрытых. Сто шестьдесят четыре монеты, семьдесят два узелка и два уставших воина.

– Пойду зверя посмотрю, – посидев несколько минут на диване, решил я.

– Воды ему принеси, жрать не давай, – дал указание тот. – Если кишечник повреждён, то есть ему нельзя.

– Как думаешь, печенье поможет? – остановился я у лестницы.

– Вряд ли, – покачал головой Клаус. – В его крови нет нанитов.

– Есть, – уверенно кивнул я. – Он жрал участников, так что наверняка они попали в его организм.

– А это может сработать, – почесал переносицу он. – Попробуй, только много не давай.

– Хорошо, – кивнул я, – и спасибо тебе.

– Вали уже, – усмехнулся тот, – не то сейчас ещё в любви признаваться начнёшь.

– Нет уж, – натянул я усталую улыбку, – это не по моей части.

Волк спал, но стоило мне войти, вздрогнул и, подняв морду, посмотрел прямо в глаза. Пауза длилась недолго, всего пару секунд, после чего зверь положил голову обратно на стол.

– Ну как ты? – провёл я рукой по его жёсткой шерсти. – Смотри не умирай, я на тебя столько сил потратил.

Но тот будто не слышал, продолжая часто дышать. И вот как понять, лучше ему или хуже? Хоть бы сказал чего в самом деле: хрюкнул, гавкнул, хвостом повилял. А волки вообще так делают?

– Ладно, отдыхай, – похлопал я его по лопатке и тот снова посмотрел мне в глаза. – Сейчас воды тебе принесу, а и вот ещё, на, пожуй.

Я снова извлёк из кармана лечебное печенье и, отломив небольшой кусок, сунул тому в пасть. Зверь выплюнул его сразу же.

– Ну и дурак, – отмахнулся я. – Глядишь, помогло бы.

Затем я спустился вниз, прошёл на кухню и, набрав небольшую миску воды, вернулся к волку. Вот на неё он набросился сразу. Хотя в том нет ничего удивительного, большая кровопотеря всегда сопровождается сильной жаждой.

– Чего смотришь, – упрекнул я Шершавого, – не велено тебя кормить. Терпи, ты же мужик.

Я ещё раз провёл рукой по шерсти и оставил четвероногого в покое. Пусть спит, поправляется.

– Как он? – поинтересовался Клаус, едва я появился на лестнице.

– Да хрен его поймёшь, – пожал я плечами. – Печенье не жрёт, но воду выхлебал. Вроде нормально, не знаю.

– Если ночь продержится, значит, выживет, – отмахнулся тот. – Ладно, наши планы какие? Рейд на босса принимаем?

– Ага, прямо сейчас побежим, – усмехнулся я. – Может, отдохнём вначале? У меня сил вообще нет, меня ребёнок в два щелчка размотает, а ты на босса собрался.

– Ну я же не имел в виду сразу, – пожал плечами тот. – По идее в посёлке безопасно, можно спокойно передохну́ть.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – я наконец упал в кресло и завалил ноги на журнальный столик. – Затрахало меня уже всё это дело. Эх, кто бы за пивком ещё сбегал…

– Что-то я здесь сельмага не заметил, – ухмыльнулся Клаус, – но от пива тоже не отказался бы.

– Там, – неопределённо махнул я рукой. – Где вечеринка проходила, сто пудов что-нибудь есть.