– Было бы неплохо, – согласился я. – Вон с того можешь верёвку снять.

– Он воняет, – поморщилась та. – Давай ты?

– Не, я поймал и обездвижил, так что тебе вязать, – покачал я головой. – Ну, и можешь ему искусственное дыхание сделать, чтоб побыстрее в себя пришёл.

– Фу, замолчи, я сейчас блевану, – поморщилась девушка и на самом деле побледнела. – Такое ощущение, что они никогда в жизни не мылись.

– Зато видишь как – избавились от цивилизации, что угрожала роду человеческому, – не упустил я момента подколоть Сансару. – Помогло, конечно, не сильно, но тоже сойдёт.

– Ну не все же такие умные, как ты, – огрызнулась она. – Ты просто многого не знаешь. Здесь когда-то случилась страшная война…

– Ой, избавь меня от этой херни, – поморщился я. – Вот на двести процентов уверен, что знаю концовку этой истории. Давай лучше кренделя в чувства приведи.

– Э, вонючка, очнись, – как-то по-своему поняла мою просьбу девушка и пнула его ботинком по рёбрам.

Однако сработало, мужик замычал, разлепил веки и попытался подняться. Но связанные ноги и руки не дали ему этого сделать. Мозг, видимо, не успел окончательно загрузиться и какое-то время мы наблюдали его тщетные попытки занять вертикальное положение.

– Чё вам надо? – визгливо выкрикнул он, когда наконец сдался. – Отпустите меня, я человек Кречета.

– Дятел ты, а не человек, – ухмыльнулся я. – А если не начнёшь сотрудничать, петухом станешь.

– Чё? – тупо уставился на меня он.

– Через плечо, – резко ответила Сансара и ещё раз ударила его ногой по рёбрам.

Мужик закряхтел и попытался отползти, но ещё пару пинков заставили его свернуться калачиком.

– Жить хочешь? – уточнил я, присев перед ним на корточки, и продолжил, дождавшись утвердительного кивка: – Тогда рассказывай, как к Оракулу пройти.

– Так, знамо, как, – охотно ответил тот. – Сейчас напрямки надобно километров двадцать отмотать, там село Любовниково имеется. В нём экипаж наймёте до самой столицы.

– Напрямки – это в какую сторону? – уточнил я. – Указатель вы сломали?

– Ну мы, – тут же признался он. – Так лучше получается путников задержать.

– В какую сторону идти? – повторил я вопрос.

– Туда, – несколько раз кивнул подбородком пленник.

– Ладно, живи, – поднялся я на ноги. – Ах да, мы через пару дней обратно пойдём, если указатель не отремонтируете, я тебя на него задом посажу, понял?

– Ага, – быстро закивал тот. – Чего же не понять. Токмо ведь Кречет может не согласиться.

– Скажешь, Кот велел, – немного подумав, добавил я. – А будет кобениться – я ему глаз на жопу натяну. Так и передай.

– Агась, – согласился тот. – Как скажешь, мил человек. А кто это Кот?

– Жак Ив Кусто, в прорезиненном пальто, – ухмыльнулся я.

– Вон оно что, – совершенно серьёзно воспринял мою фразу разбойник. – Сразу видно, серьёзный человек с таким долгим именем. Это оно тогда, конечно, это мы исправим, ага.

– Фтсиу, Шершавый, – свистнул я волка, и мужик от его вида снова закатил глаза и бухнулся в обморок.

Хотя вроде ничего такого, подумаешь, вся морда по уши в крови и густыми каплями на траву падает.