А я вдруг понял, что о произошедших изменениях в ближайшей округе здесь знаю только я один. И потому стоит промолчать о них, хотя изнутри так и подмывает похвастаться своими успехами.

— Хорошая награда — это всегда хорошо, — я выразил свою готовность взяться за заказ. — Что предлагаете?

— Как я тебе уже прежде говорил, каких-либо особых ценностей у нас не осталось, — вздохнул профессор, — потому в качестве награды предлагаю всю эту базу и секрет прохода через пространственную аномалию.

Я застыл на месте с открытым ртом, даже не зная, что ответить на столь щедрое предложение.

— Исследовательское оборудование мы отсюда заберём, оно малогабаритное, потому особо поживиться будет нечем, — он легко опустил меня с неба на землю, а то я уже размечтался. — Склад почти пуст, но тебе одному хватит продуктов дожить до весны, ни в чём себе не отказывая. Наверное, ты себе что-то полезное подберёшь из инструмента и оставшейся техники. Обратно мы не вернёмся, по крайней мере — лично я этого не планирую. Сможешь хоть свою группировку организовать на этом месте. Как тебе такое предложение?

— Годится! — Кивнул головой, справившись с накатившим наваждением.

— Вот и славно, вот и хорошо… — заулыбался профессор. — Доведёшь наш отряд до бункера Сидоровича без потерь — получишь ключ к аномалии. Тебе что-то нужно для выполнения этого задания? — Поинтересовался он.

— Вроде бы всё есть… — я призадумался. — Идём ночью, днём я не смогу гарантировать безопасность, — выставил свои условия, с которыми профессор сразу же согласился.

Следующие два дня я восстанавливал разобранные мостки на тропе к острову и заодно разбирал мостки, ведущие к деревне. Несмотря на заметно окрепшие ночные морозы, болото совсем не спешило замерзать, так как в иле активно шли процессы разложения органики, выделявшие много тепла. Потому даже на самом пике зимы болото останется непроходимым. Изгваздался в грязи, замучался, продрог, но тропу для быстрой эвакуации проложил. Перед финальным выходом мне организовали баньку, так себе, баньку, стоило признаться, зато почувствовал себя нормальным человеком, а не каким-то болотным чёртом, в кого я уже стал постепенно превращаться. Лишь с одеждой всё было легко просто — убрал её в инвентарь, вернул на место — и она снова чистая и практически как новая.

— А куда делись все бандиты? — С полным изумления голосом спросил меня проводник Алексей, когда мы без задержки прошли хутор и вышли на тропу, ведущую в сторону железнодорожной насыпи.

На вторые сутки с наступлением темноты мы выдвинулись в путь длинной колонной. Я шел налегке без рюкзака с автоматическим дробовиком в руках. Народ же нагрузился как мулы — тяжелые рюкзаки, сумки, баулы, низко пригибаясь к земле. Но шли молча, кто-то ещё умудрялся держать оружие и активно крутить головой по сторонам, хотя, что они там могли заметить в свете налобных фонарей, высвечивавших только сплошную стену камыша. Мне же фонарь только мешал, я демонстративно нацепил на себя трофейный прибор ночного видения, чтобы не смущать народ, хотя намеренно забыл его включить. Проверил, конечно, с инфракрасной подсветкой чёрно-белое изображение было вполне чётким, а без неё размывалось, да и ещё проявлялось с небольшой задержкой.