— Ушли, — коротко ответил слишком любопытному проводнику, причём даже не соврав.

— Вернутся? — Тот как-то странно посмотрел на меня.

— Да кто же их знает… — я пожал плечами, добавив: — Бандитов в Зоне много, хлебных мест всем не хватает. Не одни — так другие.

— Да ты, оказывается, крутой парень! — Своим голосом Алексей выразил настоящее восхищение, очевидно подумав, что всех бандитов на хуторе я банально перебил, перед тем как вести сюда их группу.

Опять пожал плечами, молча пошагав вперёд, ибо на мне ещё лежала задача обнаружения аномалий. Дальнейший путь оказался без сюрпризов. Мы пять раз устраивали длительные привалы, чтобы прущий на себе тяжести народ смог передохнуть, потому к бункеру Сидоровича пришли только с рассветом. Тот встретил нас почти как родных, но попросил переждать в деревне, пока он там с кем-то договорится о дальнейшей эвакуации. Даже меня к себе не впустил. Проснувшиеся новички с большим любопытством смотрели в нашу сторону. Из своего подвала выполз Гриня Охотник, крепко пожав мою руку.

— Вижу, совсем заматерел ты, Бёрш, я бы даже сказал — закабанел! — Он внимательно осматривал мою фигуру, как будто желая разглядеть что-то невидимое. — Как помню, ещё сопливый новичок с хорошими задатками, а теперь вижу перед собой настоящего ветерана Зоны!

— Да ну тебя, — я хохотнул, — скажешь ещё! Ветеран… да я дальше первого пояса ещё носу не совал.

— Не скажи, не скажи… — Гриня продолжал осматривать меня со всех сторон как красную девицу на выданье. — Ветеран — это не тот, кто половину Зоны прошел, а затем вернулся, а тот, кто чувствует себя в Зоне как дома. Вот смотрю я на тебя сейчас и вижу — ты здесь уже прижился. Многие мелкие признаки прямо об этом говорят. Потому-то я уверен, при желании ты легко прогуляешься хоть до самой АЭС и вернёшься обратно, рассказывать нам о своих приключениях.

Я аж зарделся от таких комплиментов, как та самая красная девица. Затем пришлось рассказывать ему и вылезшему из берлоги Санитару о жизни на болотах. Про бандитов им рассказал сильно урезанную версию. Зачем им знать, что те уже благополучно закончились? А в остальном… болота — это вода, грязь и камыши. Аномальное поле только одно у самой бандитской деревни, других аномалий нет, зверьё тоже давно повыбили. Скука смертная. Наставники новичков же поведали мне о том, как пережили большой шмон после кончины майора Василенко. В деревню влетел спецназ на бронетехнике, положил всех мордами в землю, немного побил ногами, позадавав всяких вопросов, да и уехал обратно не солоно хлебавши. Сидорович к себе их вообще не впустил, а взрывать его дверь почему-то не стали, хотя и грозились. Страху было больше, чем реальных неприятностей. Вчера же произошла большая перестрелка у вояк с бандитами, зачем-то решившими пожаловать сюда из «Тёмной долины» целой толпой. Кто там сколько и кого положил — о том вояки умалчивают, но к Сидоровичу после приехали за водкой на бронетранспортёре с исключительно довольными рожами. Не иначе богатые трофеи взяли. И вообще вояки протоптали сюда тропинку, со снабжением у них сейчас сложности, а жрать-то охота. Да и выпить тоже. Сталкеров хватать перестали, но обещают вскоре ввести умеренную плату за проход со «Свалки». Воякам ведь тоже жить на что-то надо. Всё как обычно. Когда мы уже устали чесать языками, послышался звук приближающегося мотора, в деревню въехал старенький желтый автобус, с трудом развернулся и приглашающе открыл двери. Я встал и пошел прощаться с «Чистым небом», которое здесь оказалось совсем иным, чем в старой игре.