В комнате освещенной тремя факелами, было порядка пятидесяти человек, все с арбалетами, направленными на сына ночи. Затихшие, готовые ко всему солдаты, несмотря на собственный страх, целились в приглашенного гостя без дрожи. Не промажут. Стафорд сам натаскал, как собак, и результатом тренировок он остался доволен. Поприветствовал всех кивком и легкой походкой вошел в помещение. Для него, альфы, пятьдесят человек подготовленных и даже вооруженных - пустяк, сложностью же стал белый клинок, увенчанный красным камнем - Гессбойро. В руках проклятого короля реликвия для стаи была особенно опасна, а потому глава белых стоял, не двигаясь и слушал безмолвно в то время, как Гневный «бил» словами:

- Позволил себе игры за спиной!

- Три смерти…

- Волчья глупость во славу человеческой дряни!

Направляясь сюда, барон знал, что беседа будет интересной, но и предположить не мог - насколько. И реликвия белой стаи нервирует до невозможности, не только варвара, но и его внутреннего волка, а лицо нужно держать и голосу не позволить измениться.

- О чем вы, Ваше Величество?

- Я говорю, о леди Тересии Сивер. Ради счастья которой ты, волчий выродок, посмел пренебречь моим указом! - взвился и без того взбешенный правитель Дакартии. - Посчитал себя безвинным? Не пойманным? - эти слова король протянул с наигранным весельем и тут же добавил металла в голос: - Зря!

Стафорд стерпел унижение, не шелохнулся и ухом не повел. И откуда только Табир IV узнал? Столько лет прошло с первого… устранения конкурента. Кто мог знать, и кто мог помнить? Ведь следы им были успешно стерты и все возможные доказательства удалены. Откуда ветер дует?

- Молчишь? Сучий потрох! - крепче перехватив клинок, Табир приблизился к оборотню, желая нанести удар в горло верного волка. - Проглотил язык, падаль?

Варвар покачал головой, спрашивая:

- Что вы ходите услышать?

- Честное: «Да, мой король! Это я убил двух мужей и отца леди Сивер».

- Нет, Ваше Величество. Меня там и рядом не было. И, к слову, о каких смертях идет речь?

- Что? Смеешь перечить? - прошипел проклятый король, хватая волка за грудки.

- Скорее уж отгавкиваюсь. Когда неизвестные вправе наговаривать, мне только это и остается. - Оборотень пожал плечами и Табир отступил, давая продохнуть и в то же время насторожиться. Не к добру это, не к добру. Придется говорить правду, иначе никак. - От моих рук пали только двое из трех. Отца леди Сивер я не касался.

- Признаешь, - удовлетворенно протянул король.

- Признаю.

По знаку правителя солдаты опустили арбалеты и отошли к дальней стене. Они-то отступили, но опасность для стаи не миновала, король продолжал сжимать в руках бесов клинок и кривиться раздраженно.

- А знаешь ли ты, кто мне это поведал? - прошипел Гневный, прожигая оборотня горящим взглядом.

- Нет, но догадываюсь, для чего.

Табир вскинул бровь и знаком руки разрешил продолжать:

- Ваши доброжелатели, - и на немое недоумение венценосного сын ночи пояснил: - Видите ли, у вас хорошая охрана. Они решили ее ослабить. Прекрасный ход.

Правитель Дакартии зло прищурился, пошевелив губами, словно бы сетуя на проницательность и нахальство волка:

- В виду давности произошедшего, - здесь король покривил душой, с момента смерти второго избранника Тери прошло не более месяца, - убивать тебя я не буду…

Варвар медленно выдохнул, не спешил расслабиться. Еще не все сказано, а последние пожелания светлоглазого… сыча могут быть хуже смерти. И он произнес его с кривой ухмылкой тонких губ:

- Но из дворца удалю.

- Всех и сразу?

Осторожность, прозвучавшая в словах главы стаи, рассмешила короля, что с ним случалось редко:

- Нет, настолько я прогибаться, не намерен! - едкая усмешка.