— Все было подстроено, — сказала она. — Я сразу подумала — мы подозрительно долго добираемся до острова, а ведь они заверяли меня, что до него не больше часа пути. Они знали, что вокруг полно пиратов, и заманили их, чтобы напугать меня этой своей чересчур большой огненной трубкой.

— Мое уважение к Мертвой Луне все возрастает, — откликнулся Гассем. — Он, конечно, блефует, но делает это хорошо. Будет ошибкой недооценивать его.

— Ты бы лучше отозвал пиратов. Мецпанцы говорят, что пренебрегали защитой побережья, потому что были заняты завоеваниями на суше. Если пиратские набеги будут продолжаться, они займутся укреплением гаваней всерьез, и тогда во время вторжения сражаться будет труднее.

— Я это уже сделал. В пяти милях отсюда есть порт Аста. Я собрал там все военные и грузовые корабли с побережий Грана и Баски. Их сейчас переделывают в транспорты для солдат, и командовать на них будут пираты.

Она нахмурилась.

— Слишком рано. Мецпанские шпионы все обнаружат.

— Начать подготовку никогда не рано. И я собираюсь рассказать об этом Мертвой Луне, даже позволю ему отправить туда наблюдателей и советчиков.

— Что ты затеял? — спросила она, зная, что это будет нечто выдающееся.

— Он может считать меня варваром, но даже я умею читать карту. Посмотри сюда. — Он вытащил большой свиток и развернул его на столе, прижав углы кинжалами и пригоршнями драгоценностей Лерисы. Его палец уткнулся в то место, где они сейчас находились, и заскользил вдоль южного побережья, нырнув, чтобы не ткнуться в южный мыс, затем вдоль западного побережья к устью большой реки и образованным им небольшим заливом.

— В чем больше смысла? — спросил он Лерису. — Месяцами тащиться через горы и гнилые болота, прежде чем мы доберемся до пустыни? Или погрузиться здесь на корабли, пройти вдоль побережья, обогнуть южный мыс, дойти на веслах до реки Кол и высадиться на самом краю пустыни?

— В этом есть смысл, — кивнула она. — Я думаю, Мертвая Луна купится на это.

— Конечно. А когда настанет время, мы погрузимся на корабли и поплывем на юг, с глаз долой. Когда он убедится, что мы в пути, он отправится на север от Мецпы. Вот тогда мы вернемся на своих кораблях и вторгнемся в его страну.

Лериса просияла.

— Как можно не любить тебя!

Стук молотков и визг пилы терзали ее слух, но она ничего не имела против. Уж лучше это, чем изматывающий грохот молотов в стальной шахте. Воздух был насыщен запахом кипящей смолы, а чеканный перестук молотков звучал музыкой победы.

Старые корабли обновлялись, новые — оснащались. Их переоборудовали под новый груз — сражающихся мужчин.

— Теперь у нас достаточно кораблей для воинов-островитян, — доложил адмирал пиратов, высокий, худой, одноглазый, говорящий хрипло из-за старой раны. Он был одет так, как обычно одевались пираты: в жилет и мешковатые бриджи, с платком на голове и босиком. — Нам потребуются еще транспорты для пехоты, инженеров и их снаряжения. И, конечно, для погонщиков и их вьючных животных.

— Спешки нет, — сказала Лериса. — Если ко времени отплытия места для всех не хватит, кому-то придется подождать, когда корабли вернутся за ними. Самое главное, чтобы первыми отправились ударные войска. Инженеры и погонщики могут подождать.

* * *

Лериса была довольна. Она уже отправила Мертвой Луне письмо с рассказом о перевозке людей кораблями для их совместной операции, не проронив ни слова, могущего зародить подозрения у наблюдателей из Мецпы.