В комнату вошла девочка, изящное маленькое создание около десяти лет отроду, с такими же, как у Сессили, вздернутым носиком и каштановыми кудрями.

— Привет, Ябеда. Что это ты здесь среди крыс, пауков и клопов делаешь?

— Мама велела тебе помочь и проследить, чтобы Глауен старательно работал и не давал своим мыслям бродить по цветочным полянам. Интересно, что она этим хотела сказать?

— Уж не знаю. Наша мама бывает непредсказуема. Она, конечно, имела в виду, что Глауен в душе поэт, и если мы не будет руководить каждым его движением, то он тут же начнет витать в облаках.

— Хм. Ты правда считаешь, что она хотела сказать именно это?

— Совершенно уверена.

— А когда наступит моя очередь руководить Глауеном?

— Не сейчас, Ябеда, — сказала Сессили. — Ты намного умнее, чем кажешься. Пока тебе не надо руководить им. По крайней мере до тех пор, пока я не покажу ему все операции и не удостоверюсь, что он их освоил. А ты пока сама найди себе какое-нибудь полезное занятие.

— А здесь и вправду есть пауки и крысы?

— Не знаю. Иди вон в тот темный угол и посмотри за теми коробками. Если на тебя оттуда кто-нибудь выскочит, то мы все будем знать, что этого делать не надо.

— Спасибо, сейчас это не так уж и важно.

— Обрати внимание, — сказала Сессили Глауену, — Ябеда временами очень смелая.

— Это не совсем так, — возразила Ябеда. — Даже совсем не так, но все рано очень приятно, что ты такое сказала. Я вот тут недавно подумала и решила, что не надо меня больше называть Ябедой. Слышишь, Глауен?

— Конечно, слышу. И как же мы будем теперь тебя называть?

— Мое настоящее имя Миранда. Это больше подходит для девочки, чем Ябеда.

— Может, так оно и есть, — согласился Глауен. — А что по-твоему означает слово «ябеда»?

— Я знаю, что это значит! Когда кто-нибудь говорит «ябеда», все сразу думают обо мне.

— Совершенно верно, — поддержала ее Сессили. — Ну ладно, мы так и сделаем. Тем более, что Миранда вполне подходящее имя для такой милой девочки, которая в отличие от большинства знакомых мне маленьких сестренок очень благовоспитанна.

— Спасибо, Сессили.

Глауен не стал больше ждать. Он вышел из Дома Клаттуков и направился к административному зданию, но тут же столкнулся с Шардом.

— Я уж пошел тебя искать, — поспешно сообщил он. — Что тебя так задержало?

— Хорошая работенка, — ответил Шард. — Подожди меня в столовой. Я сейчас умоюсь и спущусь.

Через десять минут он подсел за стол к Глауену, который вяло жевал сыр с соленым бисквитом.

— И где это ты весь день прятался? — поинтересовался Шард. — Ты мне был нужен.

— Извини. Я помогал Сессили делать карнавальный костюм. Я не знал, что что-то произошло.

— Я мог бы об этом сам догадаться, — вздохнул Шард. — Ладно, мы управились без тебя, и, может быть, спасли ваши молодые жизни. Хотя, когда я сейчас задумываюсь о том, что произошло, то понимаю, что ты все сделал как надо.

— Так что же все-таки произошло?

Шард молча подождал, пока слуга йипи поставит на стол суп, а потом сказал:

— Действительно удивительное стечение обстоятельств. Парилья, похоже, сама борется за свою жизнь.

— Ты это о чем?

— Если бы не Парилья, Сессили не потребовались бы крылья бабочек. Ты бы не попытался героически пристрелить волосоглава из пустого пистолета.