— Нет, давай на обычное посадочное место, — буркнул он.

— Хорошо, секунду… ‒ Энни явно поняла, что у Юджина что-то не так, но, за что и нравилась Юджину, пока что ни о чем расспрашивать не стала.

— Сейчас передам тебя диспетчеру ангара, — заявила Энни, и добавила: — Я сегодня и завтра до шести дежурю.

Юджин хмыкнул: тонко намекнула, нечего сказать!

— Спасибо Энни, до встречи, — ответил он.

— Жду! — и девушка переключилась на другой канал.

— «Ро-Кот», направляйтесь к площадке 4–2! — зазвучал уже совершенно другой женский голос: уставший, равнодушный. Видно, у оператора выдалась нелегкая смена.

— Принял, — отозвался Юджин.

Его корабль, старенький, но все еще находящийся в сносном состоянии корвет «Ро-Кот», пролетел очередную рекламную проекцию с гордо выпятившим грудь Леонардом Госом и направился к указанной площадке.

Глава 2 «Старый краб»

Юджин посадил корабль строго по центру посадочной ячейки, после чего принялся щелкать тумблерами, по очереди отключая все системы корабля.

Экраны, индикаторы, и даже освещение внутри кабины корабля начало выключаться.

Наконец, погас последний огонек на приборной панели. На корабле воцарился мрак, рассеиваемый лишь лампами аварийного освещения.

Юджин поднялся из кресла и двинулся на выход.

Рана все еще болела, он хромал на одну ногу, однако уже даже не обращал на это внимания — медгель сделал свое дело, нанороботы, содержащиеся в нем, начали восстанавливать поврежденные ткани. Нужно лишь еще немного подождать, и от раны не останется даже шрама…

Хотя, по уму стоило бы врачу показаться, а то еще позарастает не так как надо и останешься хромым.

Но Юджин, как и другие старатели, был прижимистым, и просто так бежать к врачу не хотел. Тем более стимуляторы под рукой имелись, медгель он использовал качественный (здесь Юджин предпочитал не экономить). Понятно дело, что не стандарта А, или хотя бы В, С, как в нормальных клиниках, но явно не то дерьмо, которое поставляют колонистам на осваиваемых планетах, так что проблем вроде как не должно быть.

Ну, разве что все еще напрягать ногу и наступать на нее больно, дискомфортно.

Ничего, пока придется немного потерпеть…

Он дохромал до своей каюты, забрал свой старый, потрепанный рюкзак, с которым никогда не расставался, если выходил из корабля. Здесь всегда было все необходимое, что, как Юджину казалось, может ему помочь, если вдруг он застрянет на станции или с ним что-то приключится.

Напоследок он заглянул в маленькое зеркало, висящее возле входа.

М-да…ну и видок! Нет, он всегда был такой заросший, просто времени постричься у него вечно не хватало или, скорее, он себя в этом убеждал. Вот и сейчас вроде как аккуратно приглаженные волосы по бокам, а сверху, как часто говорила Энни: «Взрыв на макаронной фабрике». Вихрастые волосы топорщились в разные стороны. Причесывай их или не причесывай — ничего не помогало. Да Юджин особо и не старался.

Впрочем, его растрепанная прическа идеально походила к его же бороде, за которую он, собственно, и получил свою кличку.

Юджин не брился уже лет пятнадцать, лишь изредка постригая, подравнивая растительность на лице.

М-да…а помотало его изрядно — вон, седых волос уже столько, что и не сосчитать.

Но за исключением этого он вроде и не изменился — все тот же хитрый взгляд с прищуром, кустистые, вечно нахмуренные брови, которые так нравились женщинам, и которые, как эти самые женщины говорили, «добавляли мужественности»…

Юджин хмыкнул и подмигнул своему отражению.