По выражению лица остальных бойцов становилось ясно, что они поддерживают сержанта. Оно и понятно, гусарские нравы требуют от них разобраться с обидчиками по-своему. И плевать на правила учений, уязвлённые честь и гордость требуют крови! Но не обязательно же действовать наобум, а?

— Ответ будет. Но сделаем всё правильно, по уму. Считайте, что отныне на этих учениях у вас две задачи: победить и сделать всё, чтобы пехтура с треском опозорилась. И я вас уверяю — мы также будем нарушать правила и делать так, чтобы жизнь им мёдом не казалась. Но делать это будем осторожно, чтобы не попасться. Теперь всё понятно?

Бойцы тут же просияли, до них дошло то, о чём я говорил. Незачем с ходу нарываться на неприятности, стоит как минимум заручиться помощью нашего полка. Командиры и остальные гусары будут только рады нам помочь.

Да, помню свои же мысли о том, что не хочу рвать жилы ради победы. Но вот пехотный полк будет страдать и я буду делать для этого всё, что смогу. В тот самый момент, когда они решили спровоцировать моих бойцов, они подписали себе приговор. Да будут к ним милостивы духи-хранители…

Глава 20

По возвращению на временную базу и общения с другими офицерами и Хроненко можно было смело говорить о том, что я правильно оценил случившееся в баре. Ещё в парочке мест, где были наши их пытались спровоцировать якобы отдыхающие солдаты пехотного полка. Мы оказались последними из тех, кого пытались спровоцировать благодаря тому, что я решил организовать ребятам культурный отдых. А так пехтура просто засела в различных питейных заведениях куда могут завалиться гусары. В обычных условиях их план мог сработать, но предосторожность генерал-майора спасла нас от катастрофы. Он, конечно, хотел уберечь нас от другого, но всё сложилось крайне удачно для нас.

С нашей стороны было бы логично обратиться к командованию. Пехотный полк явно играл не по правилам и должен был понести суровое наказание. Но, как говориться, где логика, а где армия? Шутка, но в ней есть доля истины. Гусары посчитали, что так решать проблему было бы слишком недостойно для них. Не поняли бы их и остальные участники учений. Ну принято решать такие проблемы между собой и без участия высокого начальства.

И я даже был согласен. Вот что сделает командование? Совсем отстранять пехотный полк не станет, максимум несколько причастных к этим событиям отправят драить сортиры до конца учений. Такое себе наказание. Нет, пехтура должна страдать. Мы будем использовать любую возможность для этого. Будет даже забавно если по итогу именно командиры пехотного полка пойдут жаловаться командованию учений, что гусары их как-то притесняют и нарушают правила. Этот позор они не смоют очень долго.

Так что по итогу было принято решение мстить своими методами, а пока бойцов держать на базе. При этом мы сделаем всё, чтобы остальные полки узнали о том, как действует пехтура. Но на следующий день, когда мы решили начать действовать, стало ясно, что нам уже можно ничего не делать — сотня морпехов и ещё около тридцати пехотинцев были отстранены от учений. Произошло сразу три драки в городе, первыми драться бросились морпехи и поэтому их наказали куда строже чем пехоту. Не получилось с нами, зато получилось с морской пехотой.

И ведь чуть позже Хроненко встретился с командиров морпехов и была заключена неофициальная договорённость согласно которой пехтуре не будут давать жить спокойно и сделают всё, чтобы она опозорилась на учениях. Есть уверенность, что и десант к нашему неофициальному союзу присоединится. Короче, ребята сделали всё, чтобы осложнить самим себе жизнь.

А я на третий своего пребывания в Прибалтике встретился с Виктором Романовым.

— Ну и как тебе в армии? — Поинтересовался у меня наследник престола пока мы прогуливались по базе.