|
А потом из-за того же угла выехали несколько конных в форме польских гусар генерала Понятовского. Остужев вздрогнул, узнав по фигуре в одном из гусар женщину. — В другую сторону! — Он подтолкнул друзей. — Уходим быстро и не оглядываясь, смешаемся с толпой! Глава одиннадцатая. Помощь одному врагу и обретение другого 1798 год Оставив слишком заметного Байсакова в надежном месте, Остужев с Гаевским попробовали произвести разведку. Александра многие офицеры могли вспомнить по Италии, где он был личным секретарем Бонапарта. Поэтому Гаевский, опытный в таких делах, сочинил нехитрый, но надежный грим: забинтовал ему половину лица. С перевязками ходили многие — даже залеченные раны в жарком климате могли неожиданно воспалиться или загноиться. Сначала Антон, пользуясь способностью к перевоплощению, сам проник в канцелярию и выкрал несколько готовых бланков, в которые обладавший более аккуратным почерком Остужев вписал необходимую информацию. Все прошло настолько гладко, что друзья переглянулись: а может быть, не стоит и тянуть? Момент был более чем удачный — Колиньи уехал куда-то в Гизу, а генерал устал и заперся у себя. Предстояло прорваться через усиленный караул, но беспредметник-боец Остужев беспокоился только о том, чтобы соблюсти тишину. Они прохаживались перед штабом, ни от кого не скрываясь, и выжидали удобный момент, когда неожиданно увидели Байсакова. Одно только широкое волжское лицо полностью его выдавало. Друзья как могли небрежно приблизились к нему и постарались загородить от французов. — Ваня, ты совсем сбрендил? — спросил Антон. — Не понимаю, как ты сюда дошел среди бела дня! — На себя покрикивай! — обиделся Байсаков и повернулся к Остужеву. — Саша, Дия прибегала. Бонапарт и Колиньи идут в какое-то подземелье Сфинкса. Ну, громады этой уродской! А с ними араб-предатель, суфии его ненавидят. В общем, они все побежали что-то там спасать. И еще она сказала, что это ловушка для Наполеона. Александр и Антон, не сговариваясь, посмотрели на окна личных покоев генерала. Там, по случаю сумерек, зажегся свет. Под окнами, как и всегда в присутствии Бонапарта, стояли часовые. — А Колиньи уехал в Гизу, — задумчиво сказал Антон. — Кому поверим? — Конечно, Дие! — Остужев подхватил друзей под руки и потащил прочь. — И где это подземелье? — Да вот, она начертила мне тут... — Иван порылся в карманах и вытащил клочок грязного пергамента. — Вход через Малую Пирамиду. Остужев некоторое время изучал рисунок. Не все было понятно, но почти детская рука Дии изобразила даже место, где можно было найти факелы. Но даже если бы Александр не знал, как именно найти Наполеона, он все равно бросился бы туда. То, зачем пришел сюда корсиканец, происходило именно сейчас, вдалеке от сражений, в тиши египетской ночи. Генерал снова всех провел. — Бегом! — Подхватив длинную кавалерийскую саблю, Остужев первым припустил по узким улочкам. — Все может решиться там, если успеем! И если не успеем — тоже! — Да постой! — Гаевский едва догнал его и схватил за рукав. — Тут несколько лье, зачем бежать? Я украду лошадей, это не трудно — я везде хожу под разными именами, меня все знают. Действительно, за то время, что армия стояла в Каире, все уже знали нескольких веселых пареньков, служивших в пехоте, артиллерии и кавалерии. Вот только Гаевского не знал никто. Спустя четверть часа он исхитрился вывести из гусарской конюшни трех коней, предварительно выкинув в окно седла. Путь до малой пирамиды оказался недолог, но на пустыню уже опустилась ночь. Секретный вход в Малую Пирамиду друзья нашли быстро — просто потому, что он оказался открыт. Большой каменный блок был отодвинут чуть в сторону благодаря какому-то секретному механизму. Как раз протиснуться одному человеку. |
