— Подальше от чего? — прошипел Шумейкер. Грейвольф глянул на директора из-под полуопущенных век.

— От природы, Шумейкер. Это вы виноваты во всей этой катастрофе. Вы с вашими лодками и вашими проклятыми камерами. Вы виноваты в гибели моих и ваших людей и тех, у кого вы вытягивали деньги из кармана. Это был лишь вопрос времени, произошло неминуемое.

— Ты дурак! — крикнул Шумейкер.

Делавэр оторвалась от всхлипывающего мужчины и встала.

— Он не дурак, — решительно заявила она. — Без него бы мы погибли.

Шумейкер был готов вцепиться в горло Грейвольфу. Эневек понимал, что должен быть благодарен гиганту, но уж больно много неприятностей причинил им Грейвольф за всё прошедшее время. И он промолчал. Несколько секунд стояла гнетущая тишина. Наконец коммерческий директор развернулся на каблуках и нескладно зашагал к Дэви.

— Джек, — тихо сказал Эневек. — Если ты сейчас выйдешь в море, кому-то придётся выуживать из воды тебя самого. Твоя лодка годится уже только в музей. Она больше не выдержит ни одного выхода.

— Ты хочешь бросить людей на погибель?

— Я никого не хочу бросить на погибель, в том числе и тебя.

— О, ты так беспокоишься за моё ничтожество. Я тронут до тошноты. Но я имел в виду совсем не мою лодку. Она действительно больше ни на что не годится. Я возьму вашу.

— «Чёрт-рыбу»?

— Да.

Эневек закатил глаза.

— Я не могу так просто отдать нашу лодку. Тем более тебе.

— Тогда поедешь со мной.

— Джек, я…

— Шумейкер, крысёныш, кстати, тоже может поехать с нами. В виде приманки, чтобы косатки, наконец, принялись за своих настоящих врагов.

— У тебя и впрямь не все дома, Джек.

Грейвольф наклонился к нему.

— Пойми же, Леон! — прошипел он. — Там, в море, погибли и мои люди.

— Не надо было тащить их с собой.

— Сейчас бессмысленно обсуждать это. Сейчас речь идёт о ваших людях. А с твоей стороны, Леон, я рассчитывал на большую благодарность.

Эневек выругался. Обвёл взглядом всех присутствующих. Шумейкер говорил по телефону. Дэви переговаривался по рации. Шкиперы и офис-менеджер безуспешно уговаривали людей покинуть помещение.

Дэви поднял глаза и подозвал Эневека.

— Что ты думаешь насчёт предложения Тома? — тихо спросил он. — Мы действительно можем чем-то помочь, или это самоубийство?

Эневек кусал губу.

— Что говорят пилоты?

— «Леди» перевернулась. Лежит на боку и тонет… Вроде бы береговая охрана Виктории сейчас может выслать большой спасательный вертолёт. Но я сомневаюсь, что они успеют. Им и без нас хватает забот, и постоянно возникает что-то новое.

Эневек раздумывал. Мысль о возвращении в ад, из которого ему едва удалось вырваться, внушала ему ужас. Но он корил бы себя всю жизнь, что не сделал для спасения людей всё, что мог.

— Грейвольф хочет плыть со мной, — тихо сказал он.

— Джек и Том — в одной лодке? О, господи! Я думал, мы будем решать проблемы, а не создавать новые.

— Грейвольф может решать проблемы. Что уж там у него в голове, это другой вопрос, но он нам пригодится. Он сильный и бесстрашный.

Дэви мрачно кивнул.

— Сам будешь их разнимать, понял?

— Буду.

— И если увидите, что бессмысленно, возвращайтесь назад. Геройства не надо.

— Хорошо.

Эневек подошёл к Шумейкеру, подождал, пока тот закончит разговор, и сообщил ему решение Дэви.