— Понятно. А известны ли вам какие-то другие животные, которые вели бы себя подобным образом?

— Кандидаты на самоубийство?

— А разве это самоубийство?

Йохансон пожал плечами:

— Самоубийство предполагает намерение. У червей намерения не предусмотрены. Их поведение обусловлено.

— А вообще есть животные, кончающие жизнь самоубийством?

— Конечно, есть, — сказал Стоун. — Те же лемминги бросаются в море.

— Не бросаются, — сказала Лунд.

— Ещё как бросаются!

Лунд тронула его за локоть.

— Ты путаешь, Клиффорд. Долгое время считалось, что лемминги совершают коллективное самоубийство, поскольку это эффектно звучало. Но потом присмотрелись и обнаружили, что они просто дуреют.

— Дуреют? — Стоун посмотрел на Йохансона. — Доктор Йохансон, как вам нравится это глубоконаучное объяснение, что животные дуреют?

— Они дуреют, — невозмутимо продолжала Лунд. — Как и люди, когда выступают большой группой. Передние лемминги видят, что перед ними обрыв, но сзади на них напирают, как на поп-концерте. И они сталкивают друг друга в море, пока не дойдёт до последнего.

Хвистендаль сказал:

— Всё же есть животные, которые приносят себя в жертву.

— Да, но это всегда имеет смысл, — ответил Йохансон. — Пчёлы после ужаливания гибнут, но само ужаливание служит защите роя и, в конечном счёте, — матки.

— А в поведении червей нет какого-либо внятного намерения?

— Нет.

— Урок биологии, — вздохнул Стоун. — Боже мой! Вы пытаетесь сделать из этих червей каких-то монстров, из-за которых нельзя устанавливать на морском дне фабрику. Это глупо!

— И ещё, — добавил Йохансон, не обращая внимания на руководителя проекта. — «Геомар» хотел бы провести собственные полевые исследования на эту тему. Разумеется, в контакте с вашей компанией.

— Интересно, — Скауген подался вперёд. — Они хотят кого-то послать туда?

— Научное судно «Солнце».

— Благородно с их стороны, но мы могли бы провести опыты с борта «Торвальдсона».

— Они всё равно планируют экспедицию. Кроме того, «Солнце» технически оснащено лучше «Торвальдсона». Их задача заключается только в том, чтобы перепроверить результаты, полученные на симуляторе.

— Что они хотят замерять?

— Повышенную концентрацию метана. Черви своим бурением высвобождают газ, он попадает в воду. Ещё они хотят взять со дна несколько центнеров гидрата. Вместе с червями. Хотят увидеть это в реальном масштабе.

Скауген кивнул и сцепил пальцы.

— До сих пор мы говорили только о червях, — сказал он. — А вы видели эту зловещую видеозапись?

— Эту штуку в море? Не знаю, надо ли связывать червей с этим… существом.

— Как вы думаете, что это было? Вы биолог. Есть ли какой-нибудь напрашивающийся ответ?

— Биолюминесценция. После того, как Тина обработала материал, можно сделать такое заключение. Но оно исключает любое из известных крупных живых существ.

— Госпожа Лунд говорила, что это может быть глубоководный кальмар.

— Да, мы обсуждали это, — сказал Йохансон. — Но маловероятно. Поверхность тела и структура не позволяют сделать такое заключение. Кроме того, регион — неподходящий для спрутов.

— Тогда что же это?

— Не знаю.

Все замолчали. Стоун нервно играл шариковой ручкой.