Но я не могу позволить себе завести роман с человеческой женщиной: любой мужчина, который подумает, что я покушаюсь на его права, вправе уничтожить меня на месте.

– А как насчет секса между андроидами?

– Для чего? Чтобы нарожать детей?

– Тор, секс и продолжение рода – это совсем не одно и то же. Люди сплошь и рядом занимаются сексом, не рожая детей, и заводят детей, не занимаясь сексом. Секс – это движущая сила человеческого общества. Спорт, игра, магнетизм, влечение одного тела к другому. Именно секс дает мне власть над Мануэлем Крагом. – Внезапно тон ее голоса смягчился, дидактические нотки исчезли. – Хочешь, я покажу тебе, что это такое?

Разденься.

– Ты что, серьезно? – неловко рассмеялся он. – Ты хочешь заняться со мной сексом?

– Почему бы и нет? Ты боишься?

– Да нет, что за ерунда! Просто я не ожидал… в смысле… ну, это так нелепо, андроид в постели с андроидом… Лилит…

– Потому что мы сделаны из пластика? – ледяным голосом поинтересовалась она.

– Да нет, я хотел сказать совсем не это! Естественно, мы из плоти и крови!

– Но, по-твоему, есть что-то, чего мы делать не должны, потому что мы – Дети Автоклава? По-твоему, некоторые физиологические проявления привилегия только Детей Лона, так?

– Ты утрируешь.

– Разумеется. Тор, я хочу ликвидировать этот пробел в твоем образовании. Ты пытаешься манипулировать судьбами целого общества и при этом не понимаешь одну из главных движущих сил человечества! Раздевайся.

Ты никогда не желал женщину?

– Лилит, я не знаю, что такое желание.

– Серьезно?

– Серьезно.

– И ты считаешь, что между людьми и нами должно быть равенство? изумленно покачала она головой.

– Ты хочешь голосовать, хочешь иметь гражданские права, хочешь, чтобы альфы заседали в Конгрессе… Но ты живешь как робот. Как машина. Ты просто ходячий аргумент в пользу того, чтобы андроиды оставались на своем месте. Ты отгородился от того, что для людей – одна из самых важных составляющих их жизни, и твердишь себе: это, мол, не для меня, это только для человека, андроидам такое ни к чему. Тор, это опасные мысли! Мы тоже люди. У нас есть тела. Зачем, по-твоему, Краг дал нам половые органы?

– Я согласен со всем, что ты сказала. Но…

– Но что?

– Но секс не кажется мне чем-то существенным. И я прекрасно понимаю, что это одно из главных контраргументов против нашего дела. Лилит, я далеко не единственный альфа, кто так думает. Мы об этом почти не говорим, но… – Он отвернулся. – Может быть, люди правы. Может, мы действительно неполноценные существа, искусственные до мозга костей, умные роботы, сделанные из…

– Тор, ты неправ. Иди сюда.

Он подошел к ней. Она взяла его ладони и положила их себе на грудь.

– Сожми ладони. Нет, не сильно. Потрогай соски – вот так, большими пальцами. Чувствуешь, как они становятся тверже?… Это значит, что я реагирую на твою ласку. Таким образом женщина показывает, что она ощущает желание. Тор, что ты чувствуешь, когда ласкаешь мою грудь?

– Гладкую прохладную кожу.

– Нет, что ты сам чувствуешь, внутри?

– Не знаю.

– Дрожь? Учащение пульса? Странное ощущение в желудке, как будто падаешь с большой высоты? Погладь меня по бедру, здесь, сзади, вот так, вверх-вниз. Что-нибудь чувствуешь, Тор?

– Не уверен.