|
Но самое важное, что тебе нужно понять, – хаос только кажущийся. На самом деле с виду беспорядочное движение частиц и античастиц подчинено определенному закону, следует определенной схеме. Этим законом является гравитация. Там, где атомных структур больше, то есть там, где больше масса, траектории доатомной пены становятся короче, и скорость частиц возрастает, и это означает, что тяготение усиливается. Чем дальше от скопления атомов, тем длиннее становятся траектории и слабее тяготение. Ясно? Так вот, суть технологии Нулевой Энергии заключалась в получении энергии из этой квантовой пены. Гравитация – слабая сила, однако она аккумулируется, и вполне возможно изъять из пены миллиарды квантов энергии и получить столько энергии, сколько требуется, без особого труда. Однако в конечном итоге за все приходится платить, так и здесь. Человечество убедилось в этом на своем горьком опыте. В конце концов потребление субатомной пены одной концентрацией атомной массы, которую мы называем миром, где мы обитаем, стало столь интенсивным, что развернуло поток субатомной энергии на девяносто градусов.
Чародей откинулся назад в своем кресле. Он выглядел очень довольным собой. Затем выражение кожаного лица мгновенно изменилось. Он вдруг рассердился. – Тебе это ничего не говорит, не так ли? – рявкнул он. – Ровным счетом ничего! – Он провел рукой по лицу. – Ладно, не обращай внимания. Дело не в твоих знаниях, не в твоем образовании. Главное – твоя способность учиться, приобретать знания. И ради этого, пожалуйста, скажи мне, что ты понял из того, что я тебе говорил. Сглотнув комок в горле, Тигхи ответил: – Изменилась гравитация. – Да, сотни лет назад. Правильно. – Сила притяжения действовала в другом направлении, но ткань порвалась. – В общем-то можно выразиться и так, – проскрипел Чародей. – Девяносто градусов, мальчик! Девяносто градусов. – Девяносто градусов, – быстро протараторил Тигхи. – В любом случае я старше, чем ты можешь себе представить, – со вздохом проговорил Чародей. – Однако не настолько стар, чтобы помнить эти события в точности. Достаточно стар, чтобы уставать, и после всего-навсего десяти часов сна нельзя ожидать от меня самого доходчивого объяснения. – Нет, господин Чародей, – угодливо поспешил согласиться Тигхи. – Не называй меня господином, – с утомленным видом произнес Чародей. Он потянулся в кресле, как обезьяна потягивается после еды.
Глава 4
Молчание было долгим. Тигхи сидел не двигаясь. Повествование, которое только что на него обрушил Чародей, произвело на юношу ошеломляющее впечатление. Наконец юноша решился прервать затянувшуюся паузу. – Чародей? – произнес он тихо. – Чародей? Однако Чародей, похоже, заснул прямо в кресле. Слышалось слабое похрапывание. Тигхи осторожно встал на ноги. Вдруг возникло чувство, что перед ним открылась какая-то возможность, однако юноша не знал, что делать. Вот если бы ему удалось связать сонного Чародея. Сделать его заложником. Заставить отвезти их назад, в деревню. Да, в таком плане был здравый смысл. Он начал подвигаться к спящей фигуре. Чародей тут же встрепенулся и открыл глаза. – Что со мной? Где я? – быстро проговорил он с явной тревогой. Тигхи шагнул назад и сел: – Мастер? – Что я говорил, прежде чем меня сморил сон? – Мир перевернулся с ног на голову, – ответил Тигхи с гулко бьющимся сердцем. – Катастрофа. – О да, – вспомнил Чародей. |
