Кардинелле поправил табуретку, чтобы она не шаталась на неровном полу, и сел.

– Вы упали с неба, – произнес он медленно, тщательно выговаривая каждое слово. – Просто чудо, что вы вообще остались в живых.

– Я знаю это, – сказал Тигхи.

– Мы посылали разведчиков вверх в калабаше. Прямо над нами на протяжении многих миль нет никаких поселений. Сколько времени вы падали?

– Не знаю, – ответил юноша.

Кардинелле, похоже, подумал, что Тигхи не понял его слов.

– Я хотел спросить, – произнес он еще более медленно, – какой период времени вы падали? Как долго продолжалось ваше падение?

– Я понимаю ваш вопрос, господин Кардинелле, – кротко сказал Тигхи. – Но я не знаю времени. Я не помню.

Кардинелле долго смотрел на него немигающим взглядом:

– Должно быть, прошло много времени, я думаю.

– Да, много времени.

– Вы были вентьен совсем? Восток? Запад?

Тигхи покраснел:

– Я не знаю этих слов.

– Восток, – сказал Вивре, – слева, запад – справа. Тебя вентьен налево или направо, когда ты падал?

– Я не знаю этого слова, господин Кардинелле, – произнес Тигхи сдавленным голосом.

– Вентьен, – энергично повторил Эланне.

Сложив губы трубочкой, он стал дуть, а затем подставил ко рту руку и изобразил, как ее относит потоком воздуха.

– Вентьен, – сказал Тигхи, поняв смысл слова. – Относило.

– Да. Относило ли вас ветром, когда вы падали? Возможно, вы деритнабур из какой-то страны, находящейся выше нас и гораздо восточнее или западнее. Мы не знаем.

– Я не знаю. Иногда ветер немного поднимал меня, иногда падение ощущалось меньше – я падал не так быстро, – объяснил Тигхи.

Лбам Иобертс Кардинелле нетерпеливо фыркнул:

– Это понятно. Дул ветер. Однако об этом хватит. Вы из большой страны? Ваш народ – у него есть армия?

– Деревня, – ответил Тигхи.

– Что означает это слово?

– Маленькая страна.

– А ваша армия?

– У нас нет армии.

Этот ответ так поразил Кардинелле, что он дважды переспросил Тигхи.

– А если на вас нападут? – продолжал допытываться он.

Тигхи задумался, подбирая слова.

– Однажды, когда я был еще маленьким мальчиком, – начал он, – какие-то… – Не зная, как сказать «бандиты», Тигхи заменил это слово эквивалентом «плохие люди». – Плохие люди, мужчины и женщины пришли к нам и стали отнимать коз и другие вещи. Тогда две-три деревни собрали вместе мужчин и женщин, и они стали бить плохих мужчин и женщин. Затем они мертвые, сброшенные с мира, и мужчины, женщины могут вернуться опять к работе.

В ходе сбивчивого повествования Тигхи Эланне стал проявлять нетерпение и замахал рукой, как бы сметая прочь весь его рассказ. Он произнес что-то очень быстро. Тигхи уловил лишь слова «маленький» и «выдумки». Затем помолчал и добавил:

– Ваш доктор. Он говорит, что вам лучше.

– Гораздо лучше.

Вообще-то Тигхи начал утро с очередной, наполовину самостоятельной прогулки по палате. Это была его первая прогулка со снятым гипсом. Когда юноша слишком сильно ступал на левую ногу, ее пронзала боль, которую, впрочем, можно было кое-как терпеть.

– Хорошо. Аблиоу, встаньте. Встаньте и покажите мне, как вы ходите с вылеченной ногой.

Вивре, который все это время держался на заднем плане, выступил вперед и хотел было помочь Тигхи встать с матраца, однако Кардинелле предостерегающе махнул ему рукой, и Вивре замер на месте.